Прости меня, Молли стр. 70
Молли видела, что зашла слишком далеко и пути назад нет. Она покрепче обхватила руками колени, сделала глубокий вдох и в точности пересказала Вито все, что подслушала, стоя за полуоткрытой дверью четыре с лишним года назад. Он выпрямился. Неожиданная догадка поразила его:
— Так вот почему ты вела себя как ненормальная в ту ночь! Вот откуда все эти вздорные обвинения!
Молли часто заморгала, она рассчитывала совсем на другой ответ, но, решив наконец выяснить все до конца и сбросить тяжесть с души, продолжала:
— Было совершенно ясно, что ты с ума по ней сходил…
— Неужели? — очень сухо прервал ее Вито, сузив глаза.
— Ничего тут нет странного… Ну, ты же не мог жениться на ней… Ты не мог бы быть с ней… так, как хотелось бы вам обоим. — Голос Молли становился все тише и тише; вопрос был щекотливый, она старалась не обвинять, а посочувствовать.
— Я все равно ничего не понимаю, — сухо отчеканил Вито.
— Если вас связывало более близкое родство, чем все думали…. — едва слышно шепнула Молли.
— Да о чем ты? — Казалось, Вито действительно не терпится выяснить, что она имеет в виду.
— Ну, если у твоего отца и ее матери что-то было, может, Пандора — твоя единокровная сестра…
Молчание. Еле дыша, Молли подняла голову и взглянула на Вито. Он смотрел на нее, и такое недоумение было в его глазах, что Молли тут же осознала безосновательность своих подозрений; все это было так дико, что Вито, видимо, не сразу пришел в себя.
— И ты думала, что мой отец… и ее мать… Madre di Dio!
Молли дернулась и побледнела: она не ожидала от Вито такой вспышки бешенства.
Он вскочил с кресла, вышел в проход, потом снова сел, с трудом сдерживаясь. Ярость исказила его черты.
— Сколько же в твоей голове гадости и грязи! — гневно заговорил он. — Ты смотришь мне в глаза и не только смеешь обвинять моего отца в интрижке с сестрой моей матери, считать его отцом Пандоры, мало тебе этого, ты готова приписать мне противоестественное влечение к женщине, мое кровное родство с которой мне известно!
Молли смотрела на Вито расширенными от ужаса глазами, дрожащая, бледная, как привидение, и проклинала себя — зачем она вообще открыла рот! Теперь она сама видела, как нелепы ее догадки.
— Прости меня, — почти неслышно пробормотала она.
— Взять бы тебя за плечи да тряхнуть как следует, чтобы все зубы застучали в твоей глупой головенке! — возмущенно проговорил Вито. — Никогда в жизни мне еще не было так противно. Действительно, у меня нет никого ближе Пандоры, она мне даже роднее сестры, я очень люблю ее, но никогда у моего отца ничего не было с ее матерью, и нет никаких оснований подозревать их в чем-либо подобном. Отец в жизни не стал бы заводить шашни в кругу семьи, да и вообще он виделся с матерью Пандоры считанные разы после ее свадьбы, потому что он не переваривал ее муженька!
Щеки Молли горели от презрительного взгляда Вито, но она все еще пыталась защищаться.
— До меня доходили сплетни о самоубийстве отца Пандоры, — лихорадочно шепнула она. — Люди говорили, что вы с Пандорой на самом деле родные брат и сестра, а он узнал об этом, и