Простые сложности стр. 118
Алилов разворачивает меня и подталкивает на выход. Можно сказать, тащит за руку на улицу, направляя в нужную сторону. Приглашает в машину, но заметив заторможенность с моей стороны, подводит вплотную и практически заталкивает внутрь. Внедорожник трогается с места.
‒ С-спасибо, Сер-гей Нигма… ‒ начинаю активно всхлипывать, давясь слезами и закрыв рот ладонью, ‒ туллович, ‒ с трудом выговариваю отчество, которое раньше трудностей при произношении не вызывало. ‒ Я Янке сказала, чтобы Икрему звонила…
‒ А он мой номер дал, потому что не в городе. Приятно проводит выходные вдалеке от столицы.
‒ А… А-а-а… Я поняла. Я ничего не крала… Честно, ‒ прикладываю ладони к груди, оправдываясь. ‒ Так получилось… Я зашла… А тут полицейские… Забрали меня… Ой, там же Жужик остался! ‒ подскакиваю на сиденье. ‒ Один! Совсем! А Игнат не знаю, когда приедет.
‒ Спокойно, ‒ останавливает генеральный. ‒ Вдох-выдох, Нина. Дышим, ‒ щёки мужчины смешно раздуваются, а я по инерции повторяю за ним. ‒ В квартире был. Ёж в клетке. Не сбежит. Всё закрыл, и соседнюю дверь тоже. Твой телефон, ‒ кладёт мне на колени. Пытаюсь разблокировать ‒ тщетно, потому что разряжен. ‒ Лежал на тумбочке в прихожей рядом с ключами. Сумку не видел.
Немного успокаиваюсь, делаю попытку взять себя в руки и собраться с мыслями, которые разбежались подобно испуганному стаду. Не сразу понимаю, что мы едем по незнакомому мне району.
‒ А мы куда? ‒ кручу головой, осматриваясь.
‒ В больницу.
‒ У меня ничего не болит, ‒ возражаю.
‒ Мы едем к тому, у кого как раз-таки болит. Очень надеюсь, Нина, что уже завтра все жизненные перипетии будут разрешены, а то, что казалось невероятно сложным, станет в итоге элементарным недопониманием двух взрослых людей.
Глава 27
Игнат
Открываю глаза, наблюдая уже привычную картину: белоснежный потолок платной палаты. И, казалось бы, лежи, отдыхай, ни о чём не думай, но тревожные мысли без спроса заполняют голову, не позволяя
погрузиться в глубокий сон.
Мне снилась Нина. Эти завораживающие серые глаза, пробирающиеся в душу и подчиняющие волю. Когда она успела стать такой нужной? Не заметил. Также было со Светой: увидел и пропал, не думая ни о чём. Планировал посвятить жизнь одной женщине, вот только авария нарушила все планы. Страх повторения никуда не испарился, только теперь понимаю: чем дольше я буду бояться, тем меньше шансов у меня прожить полноценную жизнь, построив новое и прочное.
Поворачиваю голову, чтобы заметить пробуждающийся рассвет за большим окном и дыхание останавливается. В кресле, подогнув ноги, спит Нина. Светлые локоны, рассыпавшись, закрывают часть лица, скрывая от меня любимую женщину. Неестественная поза выдаёт неудобство, но грудная клетка размеренно поднимается и опускается, окутывая спокойствием и меня. Такая нежная, светлая и, кажется, тёплая, что я невольно улыбаюсь, сосредоточившись на единственном человеке, который имеет сейчас смысл для меня. Безумно красивая. Моя.
Меняет положение тела, слегка хмурится и рвано выдыхает. Сколько она здесь?
Серёга уехал, не прояснив ситуацию. Кинул косточку, заставил понервничать. И я переживал, прокручивая множество вариантов проблем, с которыми могла столкнуться Нина в Москве. У неё-то и знакомых здесь нет, не то, что проблем.
Упиваюсь сладкой картинкой, почти не дышу, боюсь потревожить хрупкий сон. И в то же время хочу