Против всех стр. 112
не был бы чемпионом, если бы дал себе волю так поступить. Нет, он решил просто держать машину на занятой траектории. Если бы он только чуть-чуть приподнял ногу с педали, я бы легко вышел вперед, но он продолжал гнать. И тут, на выходе из последнего поворота, все же сказалось то, что шины у него уже пришли в негодность. «Альфа-Ромео» едва заметно вильнула внутрь апекса, и этого мгновения хватило для того, чтобы чемпион мира поднял ногу, ловя машину. Я вышел вперед и рванул к заветной черте. Клетчатый флаг я даже не разглядел, в глазах было темно от восторга и адреналина. Я сделал это, сделал!
На круге почета Фанхио поравнялся со мной и поднял руку с руля. Жест был недвусмысленным. Большой палец на левой руке чемпиона торчал вверх, черт, это дорогого стоит, признание от такого человека.
На подиуме меня залили отличным шампанским, мы праздновали как дети. Фрэнк все же приехал третьим, так что очков мы взяли много. Команда качала меня и Фрэнка, наверное, минут десять без остановки. В голове не было других мыслей, кроме радости от победы. Черт, я это осуществил, я – на вершине автоспорта! Да, были победы в прошлом году, но они не шли ни в какое сравнение с этой победой. Тогда я ни за что не боролся, титул мне не светил, а сейчас другое дело. Теперь я уверен, что хочу продолжать гоняться, и это станет главным делом в моей жизни на ближайшие годы. Ведь я относительно молод, едва тридцать лет будет, все еще впереди. Это в будущем в тридцать лет гонщики уже задумывались о завершении карьеры, здесь же у многих это было самое начало.
Радость друзей и Оливии только подстегнула мои намерения. Я стал больше тренироваться, а главное, я наконец понял, что нужно машине. Начались тяжелые доработки и внедрения новинок на машину. Уже к следующему этапу мы смогли ускориться на секунду. Именно столько я привез напарнику в квалификации на Гран-при Англии, календарь-то здорово изменили, добавив несколько трасс. Все остальные проиграли больше. Фанхио был несколько расстроен, но в то же время искренне поздравлял меня. Да уж, люди в этом времени намного человечнее, чем будут буквально через несколько десятилетий.
К концу июля пятьдесят первого года я лидировал в зачете пилотов с хорошим отрывом. Прошло четыре гонки, три я выиграл, а в одной упустил победу по собственной вине. Банально срезал поворот, отвлекшись, вот и получил штраф, которого хватило, чтобы меня обошел пришедший вторым Фанхио. Не беда, я стану только сильнее, ошибки здорово мотивируют к внимательности. Но ругал себя за опять детскую ошибку долго.
– Игорь, у нас проблемы! – утром в гостиничном номере во Франции меня разбудил телефонный звонок.
– Говори, Паш. – Сон тут же слетел с меня, мозг начал работать.
– Корея!
– Началось?
– Хуже, наша группа пропала.
– Не по телефону, вылетаю сегодня же. – В моем распоряжении личный «Боинг», с внедрением «моих» разработок, мы давно спокойно летаем через океан, правда долго пока, техника еще далека от той, что будет в моем прошлом времени.
На следующий день к обеду я уже приземлился в Лос-Анджелесе. Павел встречал меня в аэропорту с нетерпением.
– Их взяли.
– Да ладно? Твоих учеников и взяли?