Противостояние.Том I стр. 776
серию данных — на этот раз показатели по равному числу самолетов и поездов, не потерпевших аварию.
Марк кивнул.
— Контрольная группа и экспериментальная группа, — сказал он. — Довольно обстоятельно.
— То, что он обнаружил, было довольно просто, но поразительно по своему смыслу. Стыд и позор, что пришлось пробиваться через шестнадцать таблиц, чтобы добраться до простейшего статистического факта.
— Какого факта? — спросила я.
— Полные самолеты и поезда реже терпят крушение, — сказал Глен.
— Да что за ё…я ЧУШЬ! — Гарольд почти орал.
— Вовсе нет, — спокойно возразил Глен. — Такова была теория Стантона, и компьютер подтвердил ее. В случаях, когда самолеты и поезда разбивались, их загруженность пассажирами равнялась шестидесяти одному проценту, а когда не разбивались — семидесяти шести процентам. Такая разница в пятнадцать процентов в большом компьютерном расчете просто потрясает. Стантон указывает на то, что, с точки зрения статистики, расхождение даже в три процента уже является пищей для размышлений, и он прав. Это аномалия размером с Техас. Стантон делает вывод, что люди знают, какие самолеты и поезда потерпят крушение… что они подсознательно предсказывают будущее.
У вашей тетушки Салли начинает сильно болеть живот как раз перед рейсом № 61 из Чикаго в Сан-Диего. И, когда самолет разбивается в Невадской пустыне, все говорят: «О тетя Салли, ваш разболевшийся живот — поистине милость Господня». Но пока не появился Джеймс Стантон, никому в голову не приходило, что на самом деле было тридцать человек с разболевшимися животами… или головами… или просто особенным чувством, какое бывает в ногах, когда тело пытается сообщить голове, что что-то готово вот-вот выйти из строя.
— Я просто не могу в это поверить, — заявил Гарольд, сокрушенно качая головой.
— А знаете, — сказал Глен, — через неделю после того, как я впервые прочел статью Стантона, самолет компании «Маджестик эйрлайнз» разбился в аэропорту Логана. Все на борту погибли. Так вот, когда шумиха уже немного
улеглась, я позвонил в офис «Маджестик» в Логане и назвался репортером из манчестерского «Юнион лидер» — вполне невинная ложь. Я сказал, что мы составляем специальную колонку об авиакатастрофах, и спросил, нельзя ли узнать, сколько человек не явилось из тех, которые должны были лететь этим рейсом. Голос у того, с кем я говорил, был слегка удивленный, поскольку, по его словам, персонал на авиалинии уже начал поговаривать об этом. Он назвал цифру шестнадцать. Шестнадцать неявившихся. Я спросил его, сколько человек в среднем отказываются от полетов на. «Боинге-747» по маршруту Денвер — Бостон, и он ответил — трое.
— Трое, — повторила как зачарованная Перион.
— Точно. Но на этом дело не кончилось. Парень разговорился и сказал, что пятнадцать человек сняли свою броню на этот рейс, тогда как в среднем больше восьми отмененных заказов не бывает. Таким образом, хотя заголовки газет после этой истории кричали: В АВИАКАТАСТРОФЕ В ЛОГАНЕ 94 ЖЕРТВЫ, они могли с тем же успехом заявить: 31 ЧЕЛОВЕК ИЗБЕЖАЛ СМЕРТИ В КАТАСТРОФЕ В ЛОГАНСКОМ АЭРОПОРТУ.
Ну вот… Было еще много всего сказано про психические дела, но разговор ушел довольно далеко в сторону от предмета наших снов и того, исходили ли они от Большого Праведника на небе. Единственным, что имело к этому хоть какое-то отношение (после того как Гарольд с явным отвращением на физиономии побрел прочь), был