Птицы и другие истории (сборник) стр. 155
не уедет «скорая».
И только после этого они взялись за письма и пакеты.
— Ладно хоть будет чем посмешить гостей, — сказал мистер Лоренс. — Как раз подходящая история под индейку и сливовый пудинг.
Когда они позавтракали и оделись, когда привели детей и те вдоволь напрыгались на их постели, хвастаясь своими подарками, мистер и миссис Лоренс отправились в гараж разбираться, что теперь делать с беженцами. Детей отправили в детскую поиграть с новыми игрушками — ведь история-то вышла некрасивая, в чем няня полностью согласилась с миссис Лоренс. И еще неизвестно, чего ждать дальше.
Они подошли к гаражу и обнаружили, что во дворе толпятся, переговариваясь, слуги. Тут были кухарка, лакей, горничная, шофер и даже мальчишка-садовник.
— Так, что тут такое? — осведомился мистер Лоренс.
— Убрались они, — доложил шофер.
— В каком смысле — «убрались»?
— Мужик, пока мы завтракали, пошел нашел такси, — пояснил шофер. — Небось, сбегал на стоянку в конце улицы. А нам ни слова.
— Мы только услышали, как к задней калитке машина подъехала, — вступила в разговор кухарка. — Они с шофером ее туда на руках отнесли.
— Мужик спросил, как называется ближайшая больница, а мы ему сказали, что на въезде в город есть одна, еврейская, — добавил шофер. — А он в ответ — что очень извиняется за беспокойство. Кремень-мужик, прямо и ухом не повел.
— И младенчик. Мы младенчика видели, — захихикала служанка, а потом почему-то густо покраснела.
— Да, — подтвердила кухарка. — Настоящий еврейчик, один в один что евонный папаша.
Тут они все рассмеялись и начали как-то глупо переглядываться.
— Так, — сказал мистер Лоренс, — похоже, всё, что могли, мы сделали.
Слуги разошлись. Возбуждение спало. Нужно готовиться к рождественскому приему, дел невпроворот, то одно, то другое, все уже сбились с ног, а еще только десять утра.
— Пойдем-ка поглядим, — сказал мистер Лоренс, мотнув подбородком в сторону гаража.
Миссис Лоренс недовольно поморщилась и двинулась за ним следом.
Они поднялись по шаткой лесенке в темную чердачную комнатушку. Никаких следов беспорядка. Кровать поставлена на место, к стене, одеяло аккуратно сложено на полу. Стол и стул стоят где и стояли. Окно открыто, чтобы впустить свежий утренний воздух. Обогреватель выключен. Лишь одно говорило о том, что комнатой пользовались. На полу у кровати стоял стакан холодной воды.
Мистер Лоренс не произнес ни слова. Миссис Лоренс тоже не произнесла ни слова. Они вернулись в дом, прошли в гостиную. Мистер Лоренс подошел к окну, выглянул в сад. В дальнем конце виднелась игрушечная железная дорога Боба. Миссис Лоренс открыла пакет, который проглядела за завтраком. Сверху доносились вопли и взвизги — дети то ли радовались, то ли наоборот.
— А как же гольф? Ты, кажется, собирался в одиннадцать пойти поиграть, — припомнила миссис Лоренс.
Мистер Лоренс присел на кушетку у окна.
— Что-то не хочется, — сознался он.
Миссис Лоренс положила на место косметичку, которую только что достала из-под многих слоев тонкой бумаги.
— Странно, — сказала она, — у меня тоже как-то муторно на душе, совсем не по-рождественски.
В открытую дверь было видно, как в столовой накрывают к обеду. Стол был украшен как положено, среди серебра виднелись букетики цветов. В самом центре стояла огромная связка хлопушек.
— Ума не приложу, что еще мы могли сделать, — внезапно произнесла миссис Лоренс.
Мистер Лоренс ничего не ответил. Он встал и начал