Пудра и мушка стр. 90
- Вы думаете, что он... смог все уладить? - спросила Клеона с проблеском надежды в голосе.
- Я в этом уверена. Он решительный молодой человек, дорогая, об этом можно судить по его подбородку.
Она подошла к двери. Вошел Филипп, он был, как обычно, великолепен.
- Ах, это вы, Филипп!
Филипп быстро оценил обстановку. Клеона подошла к окну и стала смотреть на улицу. Он склонился над ручкой леди Малмерсток.
- Бонжур, мадам! - приветствовал он ее поклоном. Дверь Филипп оставил открытой. Леди засмеялась.
- Как! Вы смеете просить меня удалиться из собственного будуара?
- Если вы этого пожелаете, мадам.
- Тетя Салли! - послышался громкий шепот. Филипп обнадеживающе улыбнулся.
- Мадам...
- Ох, уж этот подбородок, - прокряхтела старушка и с удовольствием потрепала его.
Она нехотя вышла, и Филипп закрыл за ней дверь. Клеона в отчаянии ломала себе пальцы. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Она боялась пошевелиться. Никогда еще в жизни ей не было так стыдно и страшно.
- Мадемуазель, ваш верный слуга! Девушка молчала. Ее трясло.
- Имею честь сообщить вам, мадемуазель, что вы свободны от данных вами накануне обязательств.
Она пыталась уловить в его голове насмешливые нотки.
- Я... вам очень... благодарна, сэр, - прошептала Клеона, плотно сжав зубы и тщетно пытаясь остановить слепившие ее слезы.
Возникло минутное молчание. Почему он не уходит? Он хочет видеть ее унижение?
- Сэр Дерик также просил меня передать вам свои глубочайшие извинения за то, что произошло вчера вечером, мадемуазель.
- С-спасибо, с-сэр.
Опять наступила тишина. Только бы он ушел до того, как она рухнет на пол!
- Клеона, - нежно произнес Филипп.
Она не обернулась. Слезы уже начали капать.
- Прошу вас, уходите, - попросила девушка.
Она почувствовала его приближение и насторожилась.
- Клеона, любимая!
Она была не в силах более сдерживаться и разрыдалась. Филипп обнял ее.
- Вы плачете? О
нет, прошу вас, не надо! У вас теперь нет для этого никаких причин.
Клеона ощутила, как его сильные руки обвили ее. Его объятия защищали ее, но все же она сделала попытку высвободиться.
- Что... вы... должны думать... обо мне! - всхлипнула девушка.
Филипп повернул ее к себе так, что она уткнулась ему лицом в плечо. При этом он нежно гладил ее волосы.
- Ну будет, успокойся, моя маленькая, глупенькая и непослушная Клеона. Не плачь, дорогая. Это я, твой Филипп.
Только твой и ничей больше. Я всегда любил тебя. И никого, кроме тебя. Подними свои глазки и не плачь!
Клеона больше не сопротивлялась.
- Филипп... прости меня! - Она разрыдалась еще сильнее. - Я, наверное, сошла с ума!
Она подняла головку, глядя на него счастливыми глазами. Он наклонился и страстно поцеловал ее в полураскрытые, тянущиеся к нему губки.
Спустя немного времени они сидели рядом на диване. Ее голова покоилась у него на плече, а его рука обнимала ее талию. Клеона глубоко вздохнула и спросила:
- Но почему же ты обращался со мной так... презрительно, когда вернулся из Парижа, Филипп?
- Я был раздосадован, любимая, и хотел узнать, любишь ты меня или раскрашенную куклу. Но ты вдруг изменилась... и я не знал,