Пурпурная Земля стр. 26
в сторонку и завел речь с чрезвычайной доверительностью.
– Не тревожься ты из-за Барбудо, – сказал он. – Никогда он больше не осмелится поднять на тебя руку, и, если только ты снизойдешь заговорить с ним по-доброму, он станет твоим покорным рабом и будет гордиться тем, что ты вытираешь свои сальные пальцы об его бороду. Не бери в голову, что тебе Майордомо говорит – он тоже тебя побаивается. Если власти тебя и заберут, так только чтобы посмотреть, нельзя ли что-то с тебя поиметь: держать тебя долго не будут, ведь ты иностранец, и тебя нельзя заставить служить в армии. Но когда ты снова окажешься на воле, тебе непременно надо будет кого-то убить.
Изумленный донельзя, я спросил его почему.
– Видишь ли, – ответил он, – теперь в этом департаменте у тебя стойкая слава настоящего бойца, а ничему другому мужчины тут так не завидуют. Это вроде как в нашей старой игре, Pato, «утка» называется: один кто-то утащит утку и бежать, а другие все – за ним, и пока они не отступятся и не бросят его догонять, он должен доказывать, что, раз взявши, может удержать, что взял. Есть несколько бойцов-драчунов, ты их не знаешь, они все решили найти случай с тобой схватиться, чтобы твою силу испытать. В следующей схватке ты должен не ранить, а убить, иначе не видать тебе покоя.
Меня сильно обескуражил такой результат моей случайной победы над Бородачом-Бласом, и мне была совсем не по душе та слава, венец которой мой непрошеный друг Кларо, казалось, с такой уверенностью на меня возложил. Мне, конечно, лестно было слышать, что моя репутация хорошего бойца уже успела установиться в таком воинственном департаменте, как Пайсанду, но последствий сего приходилось ожидать, мягко говоря, неприятных; и я тут же, поблагодарив Бровастого за дружеский совет, решил покинуть эстансию как можно скорее. Я бы не стал бежать от властей, ведь я не был никаким злодеем, но от необходимости убивать людей ради сохранения мира и покоя бежать было совершенно необходимо. И на другое утро, спозаранку, к великому неудовольствию моего друга – и не сказав никому ни слова о моих планах, я сел на своего коня и покинул Отдых Бродяги, чтобы искать приключений где-нибудь в других местах.
Глава VКолония английских джентльменовЯ с самого начала не особенно верил в то, что эстансия и вправду станет полем моей деятельности; слова Майордомо, сказанные им по возвращении, и вовсе эту веру погасили; и если я, выслушав притчу про страуса, все же оставался там, так только из гордости. Я положил себе двигаться назад, в сторону Монтевидео, но только не тем путем, каким я сюда приехал, а описав широкую дугу и далеко углубившись внутрь страны: так я смог бы познакомиться с новыми областями и, если выпадет случай, подыскать какое-нибудь занятие на встретившейся по пути другой эстансии. Я ехал в юго-западном направлении в сторону реки Мало в департаменте Такуарембо и скоро оставил позади равнины Пайсанду; озабоченный тем, как бы побыстрее выбраться из округи, где от меня ожидали, что я кого-то убью, я не давал себе роздыха, пока не проскакал около двадцати пяти миль. В полдень я сделал остановку, чтобы немного подкрепиться в маленькой придорожной пульперии. Заведение выглядело довольно