Пуся, двуножка присолнечный стр. 3
руки и ноги. Конечности родительской кузины настолько длинные и липкие, а запах незнаком и неприятен, что Пуся орет.
– А-а! Пустите! Не-е-ет! А-а!– Молодой. Мой Пушок уже совсем старенький. Ишь ты, как разорался. Давай, чтобы он нам не мешал, сразу засунем его в клетку.
Пусю вытаскивают из жилетки, запихивают в розовый комбинезон и толкают в тесное помещение через лючок на крыше. Упав с высоты в полтора метра, он сильно ушибается.
– Вот дура! Не могла аккуратнее.Внутри светло. Перед ним стоит человек. Высокий, с пышными кудрявыми сединами и не менее пышной бородой. Пуся осторожно приподнимается, обходит старика кругом и щупает за легкую белую одежду. Старик протягивает руку.
– Speak English?– Че?– Shuõ zhõngguó huà?– Блин! Не понимаю ни фига!– Habla español?– Не-а. Ни фига.– А! Ви говорить по-русски?– Чего? А. Да, вроде бы. Угу.– Я плехо говорить. Меня звать Моисей. Рад приветствовать в мой убежище. Как ваше зовут?– Пуся.– Нет. Не то имя. Как зовут?– Не знаю. Давно было. Я из питомника. Забыл.– Где живешь? Планета?– Без понятия. Синяя такая. Большая. А на дверях, помню, зеленый – синий – черный – оранжевый – красный – белый – зеленый – серый, кажется. Не помню.Моисей жестом приглашает его в другое помещение.
– Номер квартиры. Не важно. Важно планета. Зеленый-синий – не наша. Бедная, плохая планета. Жаль. Увезут обратно. Кто хозяйка?– Дура малолетняя. Беговое колесо. Три книжки. Клетка узкая с парашей. Все. А тебе тут хорошо!– Да. Мой хозяйка есть заботиться меня. Я родился на Земле. Украденных тяжело держать. Если меня плохо содержать, я бы есть убежаль.Действительно, клетка Моисея гораздо просторнее клетки Пуси – в ней несколько комнат, в одной из них он видит роскошную кровать, гигантские стопки книг и пузатый монитор старого компьютера.
– О, круто! Читать!– Книги. Я учусь по ним. Можешь взять себе часть на память.На стене Пуся замечает изображение женщины, нарисованное толченым кормом на склеенных вырванных листочках из книг.
– Кто?– Моя жена. Умерла пять лет назад. Подавилась кость, я не сумел…– Жалко.В третьей комнате обнаруживается стол с парой стульев, холодильник и индукционный чайник – Пуся с трудом вспоминает названия этих предметов – и Моисей предлагает ему сесть. На стене другой портрет – какого-то несимпатичного худого мужчины в очках, большой, с рваным краем.
– Кто?– Стивен Хокинг.– Тоже жена?Моисей смеется.
– Ха-ха! Каков юмор шутки!Из холодильника Моисей достает несколько банок и бутылок.
– Ешь и пей.– Жена… Каково с ней?– Хорошо. Ты взрослый человек. Тебе тоже есть нужда жена.Пуся кивает.
– Но как?– Необходимо делать пи-пи все вокруг, и они поймут, и купить тебе жена.– Да делал я пи-пи. Не помогает.– Я придумаю кое-что. Пока ешь, сходи в душ и ложись спать.* * *Странно, но никто из хозяев не обращает на них внимания весь вечер. Даже сама Хозяйка всего один раз заглянула в люки на крыше домика Моисея и прощебетала что-то. Ночью Пусю будят толчком в бок.
– Идем. Я покажу что-то.Они идут на кухню и отодвигают холодильник. Внизу, в расковыренной плитке виднеется отверстие.
– Осторожно, высоко. Ножка клетки. По ней.
Они сползают по ножке вниз. Без обуви пол обжигающе-горячий, но Пуся терпит. Хозяева спят, завернувшись в кокон-гамак.
– Смотри, – Моисей указывает на полупрозрачную пленку-окно мусорного лифта над пятиметровым столом. – Нам необходимо туда.– Офигеть! Высоко как! Не, я не полезу.– Идем. Ты суметь. Я знаю путь.Любопытство побороло страх, они идут к столу и вдвоем с трудом отодвигают тяжелую лифтовую дверцу из мягкого, скользкого на ощупь материала.
– Лезь по полкам! По полкам наверх! Там есть вентиляция дыра.Полки, скорее похожие на сетчатые гамаки, полны каких-то сырых и дурно пахнущих предметов. Не то еды, не то специй, не то духов и ароматизаторов. Часть из них шевелится, Пуся брезгливо отряхивает ноги и вытирает руки об одежду, но наверх все же залезает первым, помогая залезть и Моисею.
Они стоят перед колышущейся пленкой. Пуся замахивается, чтобы прорвать ее, но Моисей хватает его за руку и начинает колдовать с панелью вызова лифта. Наконец, с легким хлопком мембрана мусорного лифта раскрывается.
– Ого! Круто! Научи?– Потом. Успеем. Наверняка они улетать не на следующий день. Прыгай!Они прыгают на платформу, и Моисей командует держаться за край. С огромным ускорением платформа несется куда-то далеко вниз и бросает их на смердящий пол. Пуся промаргивается, чихает и видит в отдалении, за кучами разлагающегося мусора какие-то огни.
– Вон они, идем.
Пуся слышит голоса людей, он держится сзади и боится, хоть и доверяет своему старшему товарищу.
– Moses! It’s Moses! – слышатся голоса.Вскоре незнакомцы обступают их двоих. Их около десятка, они разного роста и цвета кожи, в лохмотьях и обертках от еды. В их руках самодельные копья