Путь Стратега стр. 145
К вечеру второго дня мы остановились на небольшой поляне у ручья. До Упахалово оставалось, по словам Ростислава, «совсем чуть-чуть». Я уже успел понять, что в его исполнении это могло означать как пару километров, так и половину дневного перехода.
Как только мы встали на стоянку, работа тут же закипела. Леонид вкупе с крестьянами возился у телеги, проверяя деревянное колесо. За прошедшие два дня оно уже успело один раз слететь с оси. И повторять тот кошмар по его ремонту ни у кого из нас не было желания.
Ростислав взялся разводить костёр, высекая искры на собранную кору и деревянную стружку.
Алекс, один из крестьян, взятых в дорогу, раскладывал на траве узлы с припасами и вел учёт нашего рациона. Это был тихий светловолосый мужчина с длинными волосами, завязанными в конский хвост на затылке. В первые дни моего пребывания в деревне я вообще полагал, что он немой — настолько Алекс оказался немногословным. Но Алекс просто не любил говорить. Причем настолько, что, пока его напрямую не спросишь — он так и продолжит изображать из себя деревянный столб. О таких людях говорят — «каждое слово нужно клещами вытаскивать».
Рядом с ним Люба пыталась поставить котелок так, чтобы он не падал в огонь. Получалось это у неё так себе.
— Люба, — осторожно сказал я, подойдя со спины, — ты уверена, что котелок должен стоять именно так?
Девушка замерла. Котелок в этот момент опасно накренился.
— А как надо? — перевела Люба на меня взгляд. В этот момент голову поднял Ростислав, отвлекшись от растопки.
— Желательно его ставить дном вниз.
Люба покраснела и опустила взгляд на котелок. Только потом поняла, что он и так стоял как должно.
— Всё я правильно поставила!
— Пока да, — согласился охотник, расплываясь в ухмылке, — но видно, что котелок задумался, как бы не упасть.
Леонид, не отрываясь от колеса, громко фыркнул. Крестьяне вокруг весело заулыбались. Алекс же, смотря на все это безобразие, покачал головой и отодвинул Любу мягким движением. Девушка не стала ему как-то препятствовать. Мужчина ловко подвесил котелок над огнём и принялся разбирать припасы.
Люба, смотря из-за его плеча, прокомментировала увиденное.
— Похоже, сегодня у нас каша, сухари, немного рыбы и лук.
Ростислав сразу оживился.
— Рыба моя!
— Почему это она твоя? — хмыкнул я.
— Я её первым услышал.
Люба посмотрела на молодого охотника, как на пришибленного.
— Услышал рыбу? Серьезно?
Ростислав беззастенчиво пожал плечами.
— А что не так? Она ещё со вчера звала меня. Так и просила ее съесть.
Леонид с лукавой улыбкой подошёл к костру, наконец оторвавшись от колеса.
— Ростислав, если еда начинает с тобой говорить, то есть ее — явно не лучшее решение.
— Ничего вы не понимаете! Я как-то раз съел суп из мухоморов! И, как видишь, живой! Что мне будет от говорящей рыбы?
Люба покачала головой.
— Удивительно уже то, что ты вообще дожил до своих лет.
Охотник смущённо почесал щеку, чуть помедлив с ответом.
— Мама говорила, что меня берегут лесные духи.
— Скорее, они просто не знали, что с тобой делать и куда девать, — выдала Люба.
На