Путь в тысячу ли (цикл) стр. 883
Зверя. Собственно, слово «встретил», пожалуй, не совсем точно отражало суть происшедшего. Кусты справа от Сонда с треском расступились, и на него, яростно рыча, бросилась тварь, состоящая, как показалось в первый момент, из одних челюстей.
Сонд отреагировал мгновенно – действуя дубинкой, как двуручным мечом, он, уклонившись, нанес Зверю удар по шее у основания черепа, справедливо полагая, что там у него должно быть уязвимое место. Рычание перешло в визг, и зверюга, перевернувшись в воздухе, грохнулась на землю. Впрочем, он тут же снова оказался на ногах. Теперь Сонд мог рассмотреть своего противника внимательнее. Более всего зверь походил на крупного волка. Соответственно, менялась и тактика боя – дождавшись очередного прыжка и сбив морду в сторону по всем правилам противособачьего джутсу, Сонд в мгновение ока оседлал своего противника, прижав его коленом к земле. Сильнее. Еще сильнее. Зверь пискнул и перестал вырываться, приняв «позу покорности».
– Сдаешься, – констатировал Сонд, отскочил в сторону и легким пинком указал зверю направление. Тот, совсем по-собачьи поджав хвост, метнулся прочь.
Впрочем, оказалось, что, в отличие от земных собак, одной трепки зверю мало. Примерно через четверть часа Сонд заметил, что за ним следят, через полчаса, увидев мелькнувший между деревьями силуэт, узнал преследователя.
– Это ты зря, – пробормотал он, – мне и без тебя дел хватает. «Наследит ведь! – подумал он вдруг. – Ну конечно! Сонд-преследователь наверняка заметит, что за жертвой идет зверь, и, потеряв один след, сможет двигаться по другому. Зверь же, видимо, ждал ночи». Все было плохо.
Еще через несколько часов Сонд остановился – ошейник у него на шее издал тихий звон, а затем три раза щелкнул. Началась Королевская охота.
Зверь лежал в кустах за поваленным деревом и с интересом наблюдал за деятельностью человека. Иногда он, тихо повизгивая от любопытства, переползал на новое место, избегая, однако, показываться лишний раз тому на глаза, – человек метко кидался камнями.
Зверь плохо представлял себе цель деятельности своего неприятеля. Тот ползал по земле, вскакивал, стремительно перебегая от дерева к дереву и размахивая остро пахнущим древесной смолой пучком сухих веток. Затем человек нырял в овраг, добегал до поворота и, тяжело дыша, возвращался обратно. Все начиналось сначала.
…Разумеется, Сонд рисковал. Шансов погибнуть у него было куда больше, чем у его врага, имеющего огнестрельное оружие, да плюс к тому лучшую одежду, транспорт, запас провианта и прочее. Но если убегать, то гибель будет и вовсе неотвратимой.
– Подумать только, – произнес он, – а ведь соглашаясь на эту охоту, я даже на миг не задумался – каково будет Сонду-жертве!
Он еще раз повторил мысленно последовательность действий. Сонд-охотник появится оттуда. Больше ему просто неоткуда появиться. Вылетит из вон того перелеска и пойдет прямиком сюда. Не очень, впрочем, быстро пойдет, так как след я оставил нечеткий и он все время петляет. Отсюда же следует, кстати, что идти он будет низко. Метр, от силы два.
Сонд поднял с земли тяжелый самодельный лук и вскинул его, прицеливаясь. Должно получиться. А если нет? Бросить лук, схватить факел. Откатиться за то дерево. Это был самый рискованный момент во всей операции. Если Сонд успеет выстрелить в это время, он, пожалуй, не промахнется…
– Охотничек, – пробормотал Сонд, – тебя бы на мое место! – Он усмехнулся, осознав нелепость сказанного.