Путь врат. Парень, который будет жить вечно стр. 659
Сама. Собственноручно.
– Входите, – сказала она. Стэн ожидал, что она снова скажет что-нибудь об этом своем непонятном желании стать тещей или свекровью. Ничего подобного. Она только обняла их по очереди. – Мои дорогие, мы вас ждем, – ласково сказала Клара. Их явно по-прежнему принимали как героев. И не только Клара. Второе, что заметил Стэн (первым было присутствие улыбающегося приветливого Зигфрида фон Психоаналитика, который не обнял их только потому, что физически не способен был это сделать), – подносы, чаши, тарелки, заполненные отличной едой и расставленные по всей комнате. – Это от Марка, – объяснила Клара. – Вы ведь знаете, что он повар. Или генерал – теперь его можно называть и так. Я думаю, это его способ выразить свою благодарность. Может, он и лично заглянет – думаю, немного позже, – но особенно на это не рассчитывайте.
– О, – вмешался Зигфрид, – думаю, Стэн, вы можете на это рассчитывать. Другом Марка стать нелегко, но о вас он очень высокого мнения. – Стэн притворился равнодушным, но Зигфрид не обратил на это внимания. – Наверно, Гипатия уже сообщила вам, что Клара ожидает гостей, но не сказала, каких именно. Среди них будет женщина, о которой вы, возможно, слышали. Она сохраненное сознание и… что? О, конечно, – с сожалением сказал он. – Эстрелла, Клара хочет, чтобы вы с ней прошли в соседнюю комнату. Прихватите с собой «Аиста». Наверно, предстоит «женский разговор». Идите, дорогая. Дорогие. Мы со Стэном останемся здесь. – Он благожелательно улыбнулся, глядя, как Эстрелла целует Стэна в щеку, прежде чем уйти с Кларой.
Стэн уже вернулся к дарам Марка Антония. С набитым ртом он сказал:
– Вы говорили о какой-то женщине.
– Да. Необычная личность. Ее зовут Ровена Макклюн. – Он помолчал, давая Стэну возможность установить связь, потом кивнул. – «Вдова» – это верный термин? – Орбиса Макклюна. Во всяком случае, когда-то они были женаты. Она стала сохраненным сознанием, а Макклюн оставался органическим существом. И она не тратила время зря. В отличие от тех органических, которые считают, что сохранение сознания – это возможность ничего не делать и бесконечно развлекаться. Я уверен, вы понимаете, о чем я говорю.
Стэн, который не понимал, небрежно ответил:
– Конечно, – и продолжал жевать котлеты.
Зигфрид необычно гордым тоном продолжал:
– Марк увидел ее в списке своих клиентов здесь, в Ядре, – она как будто провела здесь несколько недель, – и оказалось, что мы с ней давно знакомы: она – одна из моих учениц.
Стэн решил, что это объясняет гордый тон Зигфрида. Продолжая вежливую беседу и одновременно поедая деликатесы от Марка, он спросил:
– Она придет сюда?
– Конечно. Она уже здесь. Минутку – да. Стэн, познакомьтесь с ее преподобием доктором Ровеной Макклюн.
Стэн обернулся. Рядом с Зигфридом стояла привлекательная женщина. Немолодая. Но очень красивая, со светлыми волосами, убранными в прическу, которую Эстрелла назвала французской завивкой. («Настоящая прическа пожилой леди, – сказала она, но добавила: – Все равно выглядит она прекрасно».)
– Я надеялась познакомиться с вами и с вашей женой, – сказала женщина. – Не знаю, известно ли вам, но она в некоторых отношениях более известна, чем вы. Из-за ребенка.
– Замечательно, – ответил Стэн, думая, стоит ли вдаваться в объяснения насчет «жены». Но ему не представлялась такая возможность. Справа появился Желтый Нефрит в сопровождении одного из своих престарелых сыновей. («Теплота теперь