Библиотека

Путешественник из ниоткуда стр. 137

Размер шрифта
-
+
Тема

подбежал к Амалии и вцепился в ее юбку. Вслед за мальчиком явилась и няня, молодая, круглолицая и краснощекая.

– Амалия Константиновна, он совсем меня не слушается! Третий час ночи, а он не хочет спать! Услышал, что вы пришли, и сразу же с постели соскочил! – восклицала она беспрерывно.

– Ничего, Даша, – улыбнулась Амалия, – пусть. Сегодня можно.

– В такое время дети должны быть в постели, – неодобрительно заметил Яков. – Избалуете вы его, Амалия Константиновна.

Баловник меж тем крутился вокруг Амалии, трогал ее браслеты, смеялся счастливым смехом и под конец добился того, что его взяли на руки. Тогда он прижался к ее плечу и затих.

– Ваш сын? – спросил я у баронессы.

– Да, Мишенька... Миша, поздоровайся с гостем!

– Здрасти, – застенчиво сказал Миша. – У тебя сабля есть?

– Нет, – признался я. – Но зачем тебе?

– А у моего папы есть, – важно сообщил Миша. – А у тебя лошадь есть?

– Может быть, вы хотите поужинать? – вмешалась мать Амалии. – Тяжелая работа, я все понимаю...

Я хотел ответить, что ей незачем беспокоиться, но Амалия опередила меня.

– Честно говоря, я бы сама сейчас поела чего-нибудь, – заявила она, и Аделаида Станиславовна умчалась, как ураган, отдавая на ходу распоряжения. – А тебе пора спать, – добавила Амалия, обращаясь к Мише. Ребенок надул губы, но она легонько поцеловала его в нос и пообещала: – Я тебе сказку расскажу. Идем!

И понесла мальчика на руках в его комнату, а Миша, весело смеясь, стал теребить ее колье.

* * *

Тают, тают за окнами белесые петербургские сумерки, но я не спешу уходить к себе. Как приятно сидеть в уютной столовой, смотреть в карие глаза моей собеседницы, в которых нет-нет да вспыхивают золотистые искорки, и говорить... Или молчать. Молчать, пожалуй, даже еще лучше. На столе между нами – остатки холодного ужина, на стене улыбается итальянский портрет. Мне нравится дом, нравится неброская, удобная мебель, красивые драпировки, ковры с тонким рисунком... Лампы притушены, и оттого кажется, что у баронессы Корф загадочный, колдовской вид. Она уже переоделась в простое кремовое домашнее платье и сняла драгоценности. Теперь я вижу, что у нее молодое, уставшее лицо, а под глазами лежат синие тени. Тихим голосом она рассуждает о том, что уже сделано, и о том, что предстоит сделать.

– По правде говоря, я ожидала чего-то подобного – я имею в виду копии... Сделать их было нелегко, но вполне возможно. Ну что ж... Теперь делом займется Пирогов, он открытым текстом попросил меня не вмешиваться. Конечно, разведет сейчас бурную деятельность, на всякий случай еще раз обыщет особняк Рубинштейна сверху донизу, пошлет уйму депеш на границы... прикажет проверить подозрительных иностранных агентов... допросит всех, кого можно, и даже – кого нельзя... Но...

Она о чем-то задумалась. Тонкая морщинка прорезала ее переносицу.

– Амалия Константиновна... – начал я.

Амалия метнула на меня хмурый взгляд.

– Что касается вас, Аполлинарий Евграфович, то можете не волноваться... Я подам рапорт, и вас переведут в столицу.

– Вы всерьез считаете, что я помог вам в этом деле? – недоверчиво спросил я.

– Конечно, – ответила баронесса Корф. – Разве я не говорила вам, что вы везучий человек? Вы всегда оказывались именно там,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.