Путешествие Демокрита стр. 1

С. Я. Лурье, М. Н. Ботвинник

ПУТЕШЕСТВИЕ ДЕМОКРИТА

Было еще раннее утро, но жара становилась уже невыносимой. По берегу Средиземного моря в дельте Нила шли два путника. Внешне они отличались мало. Оба молодые, хорошо и опрятно одетые. Однако, присмотревшись, легко было догадаться, что положение их было различным. Первым шел невысокий человек с небольшой бородкой, красиво обрамлявшей его энергичное лицо, руки его были свободны, белая войлочная шляпа прикрывала голову, ка ногах — красивые сандалии, искусно переплетенные ремни которых почти полностью прикрывали пальцы. Второй путник, совсем еще юный, нес на плече небольшой тюк. На нем был круглый колпак, короткая, до колен, рубаха оставляла обнаженной правую руку и плечо. У кисти тускло поблескивало бронзовое кольцо, на котором можно было разобрать слова «принадлежит Дамасиппу». Одной рукой раб придерживал ношу, а другой часто смахивал с бронзового от загара лица обильный пот. Господину было тоже жарко, но он неутомимо шел вперед, с интересом поглядывая по сторонам. Раб старался не отставать.

Вскоре они нагнали богато одетого человека, который, угадав в них греков, спросил:

— Вы тоже идете смотреть на дельфина?

Хозяин раба замедлил шаги.

— Да, — ответил он, — я лишь вчера приплыл в Египет, но уже столько наслышался об этом дельфине, что решил обязательно на него посмотреть.

— На этого дельфина действительно стоит посмотреть, — сказал незнакомец. — Говорят, он белый, огромный и, возможно, это такой же божественный дельфин, как тот, который, по словам древних, вынес на своей спине тонущего в море Орфея и поэта Ариона Лесбосского. Я уже давно думал, что божественные дельфины должны быть снежнобелого цвета и много крупнее обычных. Нам представилась возможность своими глазами увидеть настоящее чудо.

— Не верю я в божественность дельфина, даже если он белый и огромный! Возможно, дельфины спасают людей и возят их на себе, как лошади, но при чем же тут белый цвет?! Рождаются ведь белые кони, белые быки, а здесь, в Египте, я видел даже белую кошку. Никогда не думал, что эти редкие животные тоже бывают белыми, однако ничего чудесного в этом не вижу.

— Если я, известный на Самосе мудрец Архипп, говорю тебе, что белый цвет — признак божественности, то это так и есть! — рассердился незнакомец. — Недаром мы, пифагорейцы, постоянно носим белую одежду. Я вдвое старше тебя и прочел столько трудов древних мудрецов, сколько тебе и не снилось. А ты чем занимаешься? Наверное, купец?

— Нет, — ответил хозяин раба. — Я не купец, но и не мудрец. Пока я только учусь чужой мудрости, а сам еще знаю мало.

— Так почему же ты не хочешь верить в божественность белого дельфина? — спросил Архипп.

— Слишком много слышал я подобных басен, — заметил хозяин раба.

— Что же за басни ты слышал? — заинтересовался Архипп.

— Вот еще у себя на родине мне рассказывали о необычайной сообразительности одного дельфина, который не только понимал, но даже умел разговаривать по-гречески. Однажды этот дельфин спас тонущего в море раба, посадил его на спину и повез в Афины.

Когда вдали показалась афинская гавань Пирей, дельфин вдруг спросил у раба:

«А ты афинянин?»

Не желая признаваться, что он простой раб, спасенный гордо ответил:

«А как же! Мои родные щедро отблагодарят тебя, когда ты доставишь меня