Путешествие «Галеота» стр. 41
она с раннего детства проводила много времени на кухне отца. В пять сама могла испечь себе пирожные. В десять придумала рецепт нового торта, ставшего победителем на конкурсе в Бойленборке. В шестнадцать её обручили с сыном ювелира, жившего по соседству. Брак обещал быть счастливым, родители в тайне делали знаки от сглаза. Но, видимо, недостаточно усердно — через год, за пару месяцев до свадьбы, Стелла впервые в жизни увидела корабль. Заблудившийся торговый барк прошел над их домом, разбив её жизнь вдребезги. Стелла начала бредить небом.
Она перечитала о кораблях и путешествиях все книги, какие только смогла найти. Стены её комнаты скрылись под всевозможными картами. Она мечтала о полетах, забросив любимую кухню и жениха. Облака, паруса и ветер поселились в её снах.
Высокая Корабельная школа ответила ей отказом. Дом Дирижаблей вернул её документы с пометкой «только для цвергов». Мастер Большого Гнезда многословно извинялся и прислал в качестве утешения модель кораблика в бутылке. Горе Стеллы могло разжалобить небо. Но оно было слишком далеко и не слышало. Жених разорвал помолвку, но девушка даже не заметила этого.
Не в силах видеть страдания дочери, Юлий приказал ей собираться. В тайне от жены, он отвез дочь в Кьюстрок. Договорился с дядюшкой Уголом и снял ей комнату. «Сезон», — сказал он Стелле, — «попробуй наняться на любой корабль. Не получится — возвращайся, и мы попробуем послать документы в Высокую школу еще раз. Или придумаем что-то еще.» Он был хороший отец, и сделал всё, что смог.
Сезон закончился, не дав ей ни единого шанса. Она собралась, купила билет на дилижанс, чтобы ехать домой. Но за час до его отправления, когда девушка зашла попрощаться с дядюшкой Уголом, Войд Зимородок стер улыбку с лица, серьезно кивнул, и приглашающим жестом указал ей на стул рядом с собой.
Глава 4ЛожечкиНочью Стелла почти не спала. Изредка проваливаясь в дрему, она ворочалась, смотрела в темноту и не могла понять, счастлива она или напугана до дрожи. Ответа не было. Внезапное приглашение стать старпомом ошарашило… «На твой выбор», — сказал Войд Зимородок, — «или оплата согласно кодексу, или я научу тебя всему, что необходимо, и дам рекомендации для Высокой Корабельной школы.» Она выбрала второе, а теперь боялась своего выбора.
Ровно в шесть её пришла будить Эльза. Все эти месяцы, пока Стелла жила в мансарде над тратторией дядюшки Угола, она как старшая сестра опекала девушку. Теперь пришла пора расставаться. Рыжая заместительница дядюшки напоила будущего
старпома кофе с булочками и крепко обняла на прощанье.
— Не бойся, Войд хороший человек. Немного странный, но чего ещё ждать от свободного капитана?
За дверью клубился туман. Ватные пряди тянулись над площадью, скрадывая рыжую брусчатку, дома и причальную башню. Набрав побольше воздуха, Стелла шагнула вперёд, как будто бросилась с обрыва в воду. Сырые от тумана камни мостовой глухо отозвались под каблуками. Звуки шагов тонули в сыром мареве над пустой площадью.
Часы над дверью причальной башни показывали семь часов утра. Зябко обхватив плечи руками, Стелла отошла в сторону. Можно было вернуться и почти час пить кофе с Эльзой. Но сил просто сидеть и ждать не было. Внутри словно сидела на взводе крылатая пружина, заставляя лететь сюда, чтобы быстрее попасть на корабль. От страха и одновременно сладкого ожидания чуда ныло под ложечкой.
Она прошла мимо двери раз, другой. Обошла вокруг башни, стараясь держаться спокойно, но чуть не сорвавшись в конце на бег — ей вдруг почудилось, что она пропустит, когда придёт Войд. Стелла подняла взгляд — часы показывали только десять минут восьмого. Поддавшись порыву, она резко обернулась.
Сквозь редеющий туман, бесшумно, как охотящийся кот, шёл Зимородок. Поля шляпы были подвёрнуты, превратив её в треуголку. Шею обматывал белый шарф, завязанный мягким узлом. На поясе болтался, хлопая по бедру, широкий нож в деревянных ножнах.
— Доброе утро, старпом, — Войд был официален и хмур, — хорошо, что ты здесь. Пойдём, оформим документы.
Дверь в башню открылась бесшумно. В большой комнате, перегороженной поперёк высокой стойкой, дремал цверг.