Библиотека

Радость нашего дома стр. 40

Размер шрифта
-
+
Тема

- два Габи: одпого зовут Толстый Габи, другого Тонкий Габи. Оба Габи быстро подружились с дорогим гостем говорят не наговорятся.

Каждый раз, когда мы бывали в кузнице, дядя Петро, засучив рукава, брал большой молот, величиной с мою голову, бил этим молотом по красному, раскаленному железу, и оно становилось тоненьким, как блпнчик.

- Вот это кузнец так кузнец! - говорит Тонкий Габи Толстому. - Вот у кого силища!

Мы с дядей Петром сделали мне ножичек, а маме новую кочергу. Лишь Оксане ничего не смастерили. В кузнице просто невозможно сделать куклу, это всякий понимает.

- Как сон прошли эти три дня, -

говорит теперь мама.

Если так говорит моя мама, наверно, оно так и было.

ТАИНСТВЕННЫЙ РАЗГОВОР

Оксана со своим папой вошли в дом, а я завернул в сад, чтобы спрятать в сокровищнице разные железки, которые мы принесли из кузницы.

Я прошел мимо яблонь, посаженных весною. Вот Ок-санина яблоня, вот моя, это папина яблоня, а та мамина. Чья же эта, пятая яблоня?.. А что сказала тогда, весною, мама? Что пятая яблоня будет для гостя. У нас теперь есть дорогой гость. Как хорошо! Я сейчас же называю пятую яблоню именем дяди Петра. Всем по яблоньке!..

Когда я сидел у березки и копался в нашей сокровищнице, то услышал негромкий разговор.

Кто же это разговаривает?

Я поднял голову и посмотрел. Недалеко от меня, за кустом орешника, стояла бабушка, а с той стороны была видна белая борода дедушки Мансура.

- Очень любит он детей, - говорит бабушка, - Сам такой сердечный, и руки у него золотые. Очень хорошим оказался наш новый родственник, радуюсь я, не нарадуюсь.

- Так, так, сестрица, - говорит дед. - Людей роднят не язык и не богатство - а сердце. Я много жил на свете и это знаю. Время наше такое, сестрица, оно не только жизнь людей, но и сердца их сделало лучше.

Бабушка шумно вздыхает и продолжает тихо:

- Эта разлука, Мансур, так тяжела, будто вырвали из груди сердце. Слишком уж мы к дочке нашей привязаны. И на отца ее еще не нагляделись. Горше всего будет Ямилю и Кюнбике. Чего бы только не дала я, чтобы жили мы тут все вместе! Никак не можем уговорить его... Опять раздался мягкий, ровный голос деда:

- Не надо уговаривать, сестра. Если у настоящего джигита земля покрыта золой и углем, как может терпеть его сердце! Он должен вернуться к своей земле, любящими руками посеять в нее доброе зерно и наново свить гнездо...

Их разговор показался мне странным, и я понял, что меня ждет большая печаль. В груди у меня вдруг что-то оборвалось - не сердце ли это?

Они же говорили о моей сестре и дяде Петре! Может быть, их уже и нет?

Я бросился в дом. Сестра моя сидит на сундуке, болтает ногами и что-то говорит своему папе. Ее светлые глаза так весело улыбаются... Я сразу успокоился. Да вот же они!

- Ты к нашей сокровищнице ходил, я знаю, - говорит Оксана. - Давайка посадим моих кукол на твоих коней и повезем их в гости.

- А куда?

- Далеко-далеко - на Украину.

В комнату

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.