Раненая страна стр. 917
слышалось лишь хриплое дыхание раненых. Кавинант передернул плечами, словно не хотел даже думать о предостережении Холлиан.
– Я не собираюсь ее никуда тащить! Холлиан открыла рот, пытаясь возразить ему, но Сандер опередил ее:
– Он – юр-Лорд!
– Но он не прав. Надо смотреть правде в лицо. Эти люди обречены. Если мы останемся здесь, то тоже умрем.
– Он – юр-Лорд, – повторил Сандер более мягким тоном. – Любое дело, за которое берется Томас Кавинант, по сути невозможно, но он выполняет его. Наберись храбрости, эг-бренд.
Линден вновь забилась в конвульсиях. Кавинант смотрел, как она корчилась, и все время боялся, что каждый ее вздох может оказаться последним. Внезапно приступ кончился; тело больной стало вялым, как у марионетки, у которой отрезали веревочки. Дыхание выровнялось, стало глубже, и Линден впала в забытье.
Состояние Кайла было гораздо тяжелее. Судороги ломали его до тех пор, пока луна не скрылась за горизонтом. Харучаи не отходили от него ни на шаг, бдительно следя, чтобы он не нанес себе увечий.
– Скоро рассветет, – тихо прошептал Сандер, словно боялся, что звук его голоса ввергнет больных товарищей в бездну неистовства.
– Теперь уже слишком поздно. – Холлиан не могла сдержать злости. – Раз уж мы не захотели уйти в безопасное место вовремя, придется остаться здесь.
Кавинант не обращал на них внимания. Он сидел, обняв Линден, и верил, что она будет жива.
Никто не шевелился. Все молча смотрели на сияющий крилл, а восток постепенно бледнел, предвещая восход солнца. Над поверхностью земли стало вырисовываться пыльное марево. Звезды поблекли. В воздухе повеяло сухостью – день обещал быть жарким.
Наконец из-за горизонта показалось знойное и жестокое светило. Увидев его первые лучи, Кавинант вдруг вспомнил, что не ел и не пил со вчерашнего утра. Он подумал о себе нехотя и бесстрастно, как о другом человеке. На миг ему показалось, что Линден, объятая странным сном, уже никогда не проснется.
Когда Солнечный Яд вступил в свои права, заросли травы начали плавиться. Стебли превращались в мертвенно-серую тину и липкой массой оседали на землю. “То же самое случилось и с Мшистым Лесом, – подумал Кавинант, глядя вокруг как бы со стороны. – И с Гриммердхором, и с Дремучим У душителем. Пустынное солнце вставало над ними, и древние леса таяли, превращались в ничто”. И слава мира стала меньше, чем была. Кавинант отмахнулся от воспоминаний и горько прошептал:
– Будь ты проклят. Презирающий. Уж лучше бы ты убил меня!
– Эг-бренд, – послышался спокойный голос Бринна, – ты что-то говорила об огне.
– Это лианар говорил, – проворчала Холлиан с видом оскорбленного достоинства. – Мне не впервой проводить ритуал предсказания, но такого пламени я еще не видывала. Так что не спрашивай меня. Я не могу ответить.
«Только огня нам не хватало, – подумал Кавинант. – Мы и так сидим тут под палящим солнцем без воды. Чего уж больше!»
Пророчество Холлиан стало понятным, когда солнце поднялось достаточно высоко, а гниль от травы осела достаточно низко. Лучи коснулись почвы у подножия пирамиды. Над землей вспыхнуло слабое свечение, и она стала быстро нагреваться.
Кавинант не верил своим глазам.
Неожиданно Вейн шевельнулся и стал подыматься по склону пирамиды. Все уставились на него. Но он ни на кого не обращал внимания. Казалось, он вообще не понимал, что