Рапсодия минувших дней стр. 156
один из богатейших уделов в Дагре. Могу заявлять это без ложной скромности.
— Но… зачем?
— Ну, милая моя, тебе ведь нужны деньги. Ты же аристократка. Соответственно, твои земли должны тебе эти деньги приносить. А я всего лишь проследил за этим.
— Тебе удалось меня удивить, — покачала я головой. — Думала, там давно уже заправляют родичи отца. Я же в свое время в присутствии Неумолимой передала всё им. Решила, что и в этом времени всё к ним попадет.
— Из родичей отца у тебя оставалась лишь одна престарелая леди, не имевшая семьи и наследников. Она наотрез отказалась переезжать из своего имения и взваливать на себя титул и головную боль с графством. Но была рада содержанию, которое я ей от твоего имени выделил и перечислял до самой ее смерти.
— Вот как, значит… Жаль, род дас Рези прервался.
— Ты ведь жива, значит, не прервался. А своих родных-сидхе нашла? Ты же хотела, я помню. Почему не осталась с ними? Отчего вы с Ирмой живете совсем в другом мире?
— Нашла, конечно. Но знаешь, они такие… милые, трогательные, до невозможности светлые и благостные, что я сбежала. Навещаю их раз в несколько лет, примерно с неделю терплю их вот это всё… И снова убегаю в реальный мир, к своей науке, экспериментам,
фехтованию и путешествиям.
Я смущенно улыбнулась, вспомнив встречу с теми, чей портрет видела в Силиарии, и пожала плечами. Глаза Дарио вспыхнули голодным блеском, когда одеяло соскользнуло и обнажило грудь, но он не стал прерывать мой рассказ. Тут до него дошел смысл моих слов, и он расхохотался.
— Зря смеешься, — фыркнула я. — На их фоне я — слишком грубая, слишком одержимая наукой, слишком жесткая, слишком целеустремленная… Во мне всё слишком, и это всё — совсем не то, что положено приличной, возвышенной и трепетной сидхе. Я не медитирую, не витаю в облаках, не музицирую подолгу, не сочиняю вдохновенно стихи.
— Но именно такую я тебя и люблю, — с улыбкой признался Дар. — Больше чем уверен, никто из других сидхе не пошел бы на подпольные ночные бои рабов и не выкупил смертника. Ты же хоть и сидхе, но авантюристка похлеще Ирмы. Только очень нежная и ранимая.
— Знаешь, я, кажется, не такая уж и ранимая теперь. Неумолимая и Нат что-то сделали, и я очень ценю их дары. Наверное, если бы не они, я бы сошла с ума и умерла. А так… Не поверишь, но я дипломированный некромант, — скромно потупилась я.
Дар поперхнулся готовой сорваться с уст фразой. Что сказать, он явно не знал. Ну да. Я его понимаю. Сидхе — некромант, это нонсенс. Моих родных до сих пор это повергает в ужас.
Да что там «в ужас»! Рам и лия, моя бабушка, упала в обморок, когда я рассказала об этом. Причем не напоказ, как это порой делают человеческие аристократки, а по-настоящему. Я даже растерялась в тот момент. Не зомби же я подняла в доме, не привидений призвала. Зачем же… так?
Они, сидхе, именно такие — трепетные и с тонкой душевной организацией.
Когда я набралась мужества и на каникулах решила познакомиться с родней, их первая реакция… Все вот эти ахи, охи, вздохи, всплескивания руками, суета, причитания…
Слуга проводил