Распятая Русь. Предания «Велесовой книги» стр. 109
этом не узнал!
Бикки прищурил глаза и долго молчал. Затем завернул коня и бросил через плечо:
– Ты увидишь мой ответ завтра! В бою…
Тяжелый боевой конь понес викинга прочь. Князь вернулся в свой шатер, где продолжали совещаться ближние бояре и союзные князья.
– Нужно сегодня собрать северян и тысячу Мстислава в один общий полк, – негромко произнес Бус. – Я хочу иметь под рукою хороший железный кулак.
– Зачем? – не удержался Златогор.
– Ты помнишь бой на Днестре против брата Германареха? Тогда ведь Алп мог решить его исход одним ударом своих трех сотен! На наше счастье, их было всего три… Завтра я хочу последовать его примеру! Король – это сердце готов, значит, надо колоть прямо в него!!
Военный совет продлился еще около часа. Воеводы уточнили завтрашнее расположение передовых полков, резерва, отряда князя. Готы еще работали, когда Бус, Словен, Златогор и Славн выехали в сопровождении малой дружины для осмотра поля новой схватки.
Глава 59
И вновь широкая степь стала местом вражды, боли и смерти. Вновь сошлись две громадные массы яростных людей. Одни бились за свой очаг, свои семьи, свой табун или гурт скота, от которого зависело благополучие родных и близких. Другие бились… да просто потому, что ничего иного они в этой жизни не могли и не хотели делать! Их уделом было отнять, обесчестить, убить и тем самым продлить свое, по сути, никчемное существование на этой громадной и прекрасной планете. Увы, так было, так есть и… дай бог, чтобы когда-нибудь этого все же не стало…
И король, и великий князь извлекли уроки из предшествующей схватки. Германарех направил конных не единой сплошной линией, а железным клином, стремясь прорвать ряды росомонов и рассечь их надвое. Белояр поставил в чело войска пешцев, снабдив их длинными тяжелыми копьями. Этим громадным ежом под прикрытием густого лучного боя он надеялся остановить накат тяжелой конницы и вновь превратить сечу в тягучую вязкую рубку.
…Прошло более часа. В центре готы понемногу начинали одолевать, все глубже вминая боевую линию русов. Белояр не спешил вводить в дело свой главный резерв, посматривая то на далекую группу конных позади основного войска готов, то на сечу. Выполнять сейчас задуманное было бессмысленно: Германарех пошлет наперерез славянам свои резервы, и конные до короля уже не пробьются. О, Бикки, Бикки, лгал ты вчера или нет?!
От Верена прискакал посыльный: воевода умолял поддержать центр. Бус бросил туда две тысячи тяжелой конницы из своих пяти. Центр прекратил пятиться и даже слегка выправил положение.
И в этот миг произошло то, чего Бус так ждал и во что уже почти перестал верить. В тылу готов затрубил рог, король во главе своей охранной сотни стронулся с места, направляясь к злосчастному центру и ведя за собою всех, еще не вступавших в рубку. Тяжелый живой таран промял и расстроенные ряды готов, и разорвал строй славян. В отчаянной попытке вспятить самого короля пали Верен, Красич. Торжествующий вой германцев зычно разнесся по округе.
– Пора, Златогор!! Наш час!!
Стяг, вышитый Эвлисией, качнулся и наклонился вперед. Подчиняясь команде, три тысячи рук наклонили вперед копья, шесть тысяч ног толкнули бока лошадей. Двенадцать тысяч копыт взрыли землю и понесли облаченные в