Библиотека

Расшатанные люди стр. 229

Размер шрифта
-
+
Тема

сальные волосы, ведь у него на голове в кои-то веки нет бейсболки.

– Алла! – повторяет он, будто это единственное слово, которое ему по силам произнести.

Она тяжело вздыхает и отодвигает Матвея в сторону. Ей не нужно приглашения, чтобы войти в эту запущенную квартиру.

– Откуда… – с трудом сбросив с себя оцепенение, Матвей закрывает двери, но Алла не дает ему договорить.

– Пришлось расспросить твоих бывших одногруппников. Типа, ты занял у меня денег и слился. Один сердобольный парень, кажется Костя, рассказал, как тебя найти. – Она идет на кухню. – Угостишь чаем?

– Чай? Костя?

У него не было первого, он не помнил второго.

Алла уже вовсю хозяйничает на кухне. Вместо заварки находит растворимый кофе и ставит на газовую плиту чайник. Сердце щемит. Так непривычно видеть ее в своей квартире, но вот она здесь, и кажется, так и должно быть. Тут ее место.

Не уходи, останься…

Но Матвей выпаливает:

– Зачем пришла?

– За правдой.

Алла поворачивается к нему, и он наконец замечает покрасневшие глаза, отсутствие косметики. Так она даже прекраснее, чем раньше. Естественнее.

– Я…

– Ты расскажешь мне все, Матвей. Без всяких увиливаний, иначе я тебя прибью, – шипит Алла, и злость пожирает ее красоту, искажая черты лица.

Матвей вздыхает. Вряд ли с Валентином она разговаривает так же.

– Не думаю, что ты хочешь услышать правду, – бормочет он и садится на табурет.

Алла насыпает в чашку три чайные ложки кофе, на пару секунд замирает и добавляет еще две. Затем льет туда кипяток до тех пор, пока вода не начинает переливаться через край, но Матвей не решается ее остановить и терпеливо ждет, пока Алла сама заметит, что натворила. Она с грохотом отставляет чайник и упирается ладонями в стол.

Только сейчас Матвей замечает, что столешница разбухла, а в раковине залежалась посуда, отчего в маленькой кухне стоит тухлый запах, которого он не чувствовал раньше. А вот теперь почувствовал, и стыд змеей заползает в душу. Но этого мало… На дверце холодильника отпечатки грязных пальцев, плита заросла жиром, а окна без занавесок какие-то голые и обиженные.

Да, Матвей все видит, но не Алла. Ее безжизненный взгляд направлен в стену, рука машинально мешает сомнительный кофе.

– Последние дни я не живу, а существую, – признается она. – А самое обидное, что я и на ревность-то не имею права. Это все фальшивка. Мой брак, моя жизнь, даже причины, по которым мы пришли к ней…

Алла запрокидывает голову и громко дышит. Ее дыхание эхом отзывается в Матвее, и он сам не замечает, как начинает дышать с ней в унисон. Вдох и выдох… Так бы всю жизнь и дышал с ней. Дышал, говорил, любил…

– Я знаю, с кем мне изменяет Валентин. Но это уже не имеет значения. – Она смотрит на Матвея. – Расскажи про вашу сделку, где я была призом. Пожалуйста.

Последнее слово звучит так неподдельно грустно, что он не в силах сопротивляться:

– Я расскажу, что знаю. Но знаю я немного.

– Поверь, это уж точно больше, чем известно мне. – Она садится напротив Матвея, забыв про загубленный кофе. – Я, как дура, согласилась выйти за него замуж. Ему понадобилась фиктивная жена, но я-то с детства мечтаю быть настоящей. И вдруг появляется шанс, пусть и малюсенький. – Алла

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.