Библиотека

Рассказы 15. Homo стр. 8

Размер шрифта
-
+
Тема

пустили…

И наступила тишина. Бывают такие дни, что сливаются в одно. Даже старикан тот, Михаил Сергеич, перестал отвечать, блокировал все звонки. Дни шли за днями. Шульгин с головой ушел в работу, в нелюбимую и любимую. Любимая – по-прежнему не приносила много денег, но приносила радость. Бродить по улицам города позади маленького фонарщика Гоши или за луноходом по имени Землянин, видеть, как спешащие и хмурые превращаются в останавливающихся и улыбающихся, возвращаться в театр и ремонтировать подъемник на сцене. Три дня назад купили луноход… Шульгин привычно шел по проспекту, в сумерках уже свернул на Вокзальную, к Краеведческому музею. Обычный маршрут.

– О, а я тебя жду, – от тумбы рекламной раздался мальчишеский голос, замерзший и отчаянный. – Мне возвращаться скоро, а ты все не идешь!..

Звонок переливчато полетел по квартире. Ника крикнула:

– Мама, я открою!

Открыла дверь. Русые волосы, серые глаза в черных длиннющих ресницах. Черная толстовка, черные кеды…

Девчонка пожала плечами. Незнакомый парень в травянисто-зеленой куртке и мальчишка лет десяти стояли на площадке. Они переглянулись.

– Живая. Только челка на месте, – улыбнулся тот, что в зеленой куртке.

– Ага, – рассмеялся пацан.

– Привет, – сказала Ника. – Вы, наверное, ошиблись.

И закрыла дверь.

Шульгин с Василием переглянулись.

Васька криво усмехнулся.

– Да нет… – возмутился Шульгин и позвонил опять.

Открыла пожилая женщина, сказала, что она их не знает, что не надо хулиганить…

Техподдержку застать дома все не удавалось. Или не открывал? Придя в очередной раз, Шульгин набрал номер квартиры. Еще раз. Уже собрался уходить, когда наконец домофон ожил и вздохнул. Послышался звук открываемой двери.

Четырнадцатый этаж, дверь направо. Открыто.

Михаил Сергеевич восхищенно протянул из темноты коридора:

– Вот настырный! Ну, проходи.

Развернулся и скрылся в кухне, оттуда скомандовал следовать за ним. Щелкнул чайником. Шульгин вошел. Хозяин уставился на него, остановившись напротив, скрестив руки на груди.

Техподдержка оказался мужиком не старым. Аккуратная борода с проседью, потертые джинсы, клетчатая рубашка. На лбу торчала линза с подсветкой. Цепкие серьезные глаза сверлили, кажется, насквозь. Наконец он сказал:

– Я тебя узнал, в памяти Никиной видел. Кто же мой адрес-то дал, а? Да садись ты, коль пришел, что с тобой делать!

– Не давали, – рассмеялся Шульгин, осторожно присаживаясь на шаткий табурет, стоявший возле входа, оглядываясь, насколько удобно оглядеться, когда заявился непрошено. Кухня светлая, небольшая, все функционально – руку протяни, никаких штор, тряпочек, прихваточек, картинок. Пластик оливковый с серым, блестящие поверхности, по столу к хозяину прошагал робот-нарезчик. Шульгин усмехнулся, рассеянно добавил: – Я им документ предъявил.

– Да какой же такой документ? Не положено, и все тут! – Видно было, что Михаил Сергеевич вроде бы и рад, но в то же время заметно злился.

– Ну так получилось, разрешили увидеть вас, проконсультироваться, – дернулся Шульгин раздраженно. Но зла не было, было ощущение пустоты и ненужности слов. Просто он дал слово Василию, что найдет Техподдержку. Нашел, и что? Глухая стена, как тогда в Техцентре. И Шульгин сказал, покривившись, будто зная наверняка, что говорит никому не нужное, ну разве что Ваське да ему самому: – Понимаете, Михаил Сергеич, вот Васька Луков ходит ко мне в группу кукольных мастеров, теперь ходит. Ника у него отмечена в единственных родственниках, и он хотел ее увидеть. Как объяснить пацану, что Ника его

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.