Разделенные океаном стр. 140
паре с Герби, она доминировала. Именно она была той личностью, что вдохновляла партнера на подвиги. Но с Флипом Унгаром ей не было нужды играть первую скрипку: они вдохновляли друг друга. Между ними вспыхнуло сексуальное влечение. Герби был всего лишь славным соседским мальчишкой, тогда как Флип — хищником, стремящимся завлечь партнершу в постель.
Конрад Абель злорадно потирал руки. В глубине души он был уязвлен тем, что пришлось отдать роль Герби Блинкеру, хотя винить в этом мог только собственную невоздержанность. Но сейчас он рассчитывал сполна отомстить отцу Герби.
Лиззи принесла газету в «берлогу» Олли, чтобы тот прочитал ее. Это была «Ист-Коуст геральд», освещавшая в основном аспекты жизни Нью-Йорка.
— Прочти вот это, — сказала она и ткнула пальчиком в небольшую заметку на странице, посвященной искусству.
«...дублер, заменяющий исполнителя главной роли, вывихнувшего лодыжку, вряд ли удостоился бы внимания критиков, не продемонстрируй он выступление такого класса, какой можно наблюдать только в шоу “Розы алые”, что идет в Театре Классики на Сорок Второй улице. Флип Унгар, замещающий получившего травму Герби Блинкера, партнер великолепной Анны Мюррей, представил на суд публики безупречное выступление, которое привело аудиторию в восторг. Очень редко два танцора так тонко чувствуют друг друга, как Мюррей и Унгар...»— Проклятье! — Олли отложил газету. Он уже понял, в чем дело, и не нуждался в уточнениях.
— Остается надеяться, что лодыжка Герби быстро заживет, — сухо заметила Лиззи, — иначе он останется без работы.
— Только через мой труп! — прорычал Олли.
Лиззи ушла. Олли обхватил голову руками, думая о сыне. Он испытал облегчение, когда в совсем еще юном возрасте Герби объявил, что хочет заняться шоу-бизнесом, предпочтительно танцами. Вряд ли он сподобился бы потрясти мир своими умственными способностями. Даже самым опытным преподавателям, нанятым его отцом, не удалось пробудить в мальчике интерес к школьным урокам — Герби занимали лишь одежда, кино и театр. Отправлять его в колледж смысла не было. Учитывая состояние Олли, тот вполне мог основать самую современную гимназию с библиотекой, располагающую великолепным книжным фондом, и пристроить туда Герби, но вряд ли сын после ее окончания стал бы хоть чуточку умнее, чем до поступления.
Олли не принадлежал к числу тех родителей, кто считает своим долгом максимально осложнить жизнь своим детям. Если Герби желает стать танцором, значит, так тому и быть, и Олли сделает все, что в его силах, чтобы расчистить ему путь.
В возрасте шестнадцати лет, окончив школу, Герби прямиком перешел в академию Пегги Перельман на Хестер-стрит. Пегги была честна с самого начала.
— Герби очень симпатичный мальчик, он обладает шармом и незаурядным талантом, — сказала она Олли. — Я уверена, он пробьется в кордебалет самых популярных шоу. Быть может, если ему повезет, его даже выберут для сольного выступления.
Вот тогда Олли понял, что вряд ли Герби когда-нибудь станет звездой. Его сыну не хватало главного: блеска, той последней капли изысканности, что отделяет посредственность от настоящего таланта. Олли был разочарован и в себе, и в Герби. «Танцор» звучало намного лучше, чем «мальчик из кордебалета».
Анна появилась у Пегги, когда Герби учился на втором курсе. Вот у нее этого блеска и изысканности было хоть отбавляй. И она