Разделенные океаном стр. 147
было на ней в ту ночь, когда они нашли Ларису. Тогда он любил Тамару, и она любила его. Но Анна встала между ними, и так будет всегда, даже теперь, когда они находились за тысячи миль друг от друга. Вряд ли можно винить Анну в том, что их с Тамарой брак дал трещину. Но кто-то же в этом виноват? Тамара продемонстрировала сторону своего характера, о существовании которой Левон даже не подозревал, — безжалостную и эгоистичную. Не исключено, что и он вел себя отвратительно и невыносимо. Он полюбил Анну так же, как любил Ларису, но для Тамары она так и не стала дочерью. Его жена видела в ней лишь другую женщину, соперницу.
А теперь все окончательно запуталось. Тамара злилась на него за долгое отсутствие, насмехалась и презирала за то, что он вернулся домой на поезде.
— Я уже обо всем договорилась, Лев, — пожаловалась она. — Дин Миллер устраивал вечеринку, и я пообещала, что мы придем.
— На детский день рождения? — Неужели она рассчитывает, что он будет играть в жмурки и «музыкальные стулья»?
— Там были все родители, за исключением тебя. — Тамара окинула его гневным взглядом. — Мы пили коктейли в гостиной, пока дети играли внизу.
— Значит, я должен был рисковать своей жизнью и лететь на самолете только ради того, чтобы не пропустить вечеринку у Дина?
— Лев, не утрируй. — Она презрительно передернула плечами.
Жест показался ему оскорбительным, как и недовольное выражение ее глаз.
— У меня что, больше не будет личной жизни, Тамара? — холодно поинтересовался Левон. — Или ты рассчитываешь, что я буду нестись к тебе сломя голову по первому же твоему зову, если я не на работе? Быть может, ты хочешь, чтобы я вышел на пенсию и пребывал в твоем распоряжении двадцать четыре часа в сутки? Только не говори мне: «Лев, не утрируй», иначе я уйду из этого дома и больше никогда не вернусь.
В глубине души он надеялся, что Тамара не послушает его, и тогда бы он ушел, стал бы жить с Пегги в ее квартире над академией и вновь был бы счастлив.
Однако после недолгого размышления его жена сказала:
— Прости меня, Лев, но мы взялись воспитывать Джона, и он имеет право рассчитывать на то, что его отец будет рядом с ним. Мне казалось, ты должен это понимать, — добавила она, смягчившись. Пожалуй, его угроза напугала ее.
— Нет, Тамара, это ты взялась воспитывать Джона. Не припоминаю, чтобы ты спрашивала моего мнения по этому поводу.
Левон вышел из комнаты с таким чувством, словно одержал победу. Но ему не хотелось одерживать победу над Тамарой, которую он когда-то любил всем сердцем, а теперь разлюбил. Он на мгновение попытался представить себе, что было бы, не привези он тогда Анну домой. Может быть, они все еще жили бы на Гранмерси-парк, тихо и незаметно, оплакивая погибшую дочь, но при этом любили бы друг друга по-прежнему, верно и печально? Сейчас Левон не был уверен, что ему бы этого хотелось.
Во вторник он отправился в театр смотреть «Розы алые» уже в третий раз. Вечером ему удалось купить одно место в