Разделенные океаном стр. 333
и Молли ощутила исходящий от него гнев — он, как искры, освещал комнату.
— Я купил об этом книгу, потому и знаю. Я просто боялся испортить нашу первую ночь. Я хотел, чтобы сегодня все было превосходно, но это ты все испортила. Ох, Молли! Как ты могла?
Молли ничего не ответила и лишь повернулась спиной к нему. Ей было холодно, очень холодно, несмотря на кучу покрывал и толстое стеганое одеяло.
В ту ночь она не сомкнула глаз, как, впрочем, и Том. В какой-то момент он встал с кровати, сел в кресло и уставился в окно, опершись подбородком на скрещенные руки и являя собой картину вселенского отчаяния и скорби.
Наступил рассвет, и вскоре прозвучал гонг, призывающий спуститься к завтраку. Молодожены не обменялись ни словом, одеваясь и идя вниз. В обеденном зале они оказались первыми. Остролицая хозяйка принесла им тарелки с неаппетитно выглядевшей кашей. В зал начали входить и другие постояльцы, здороваясь с ними.
— Доброе утро, — отвечала Молли.
Том молчал, глядя в тарелку с кашей, и по его гладким мальчишеским щекам текли слезы.
— Я так сильно люблю тебя, Молл, — с надрывом сказал он.
— И я люблю тебя, Том. — Она протянула руку и вытерла ему слезы.
— Мне все равно, что ты делала до того, как я встретил тебя, — шмыгнул он носом. — Прости меня за прошлую ночь. Я не должен был устраивать сцену. Просто это стало для меня шоком. Я думал, что... — Голос у него сорвался, и он умолк, не в силах продолжать.
На них начали оглядываться. Молли поднялась со стула.
— Пойдем наверх. Я должна кое-что тебе рассказать. — Ей придется открыться ему, или их брак распадется, не успев состояться.
— Я убью его! — После того как она рассказала ему о Докторе, Том впал в ярость. Он метался взад и вперед по комнате, словно одержимый. — Полисмен я или нет, я убью его собственными руками! — Он вдруг замер на месте и горестно посмотрел на нее. — Ох, Молл! Почему ты ничего не сказала мне прошлой ночью?
— Потому что мне было стыдно, вот почему, — со слезами в голосе ответила она. — Мне всегда казалось, будто я сама во всем виновата.
Том сел на кровать и усадил ее к себе на колени.
— Вчерашняя ночь была худшей в моей жизни, клянусь тебе.
Она погладила его по голове, взъерошив жесткие каштановые волосы.
— Прости меня.
— Мне не за что прощать тебя, любимая. Это я должен извиниться перед тобой за свои поспешные выводы.
В дверь постучали. Молли поморщилась, но пошла открывать. На пороге стояла хозяйка пансиона, и лицо ее выглядело уже не хитрым, а мягким и добрым.
— Вы не стали есть мой завтрак, и я подумала, что вы не откажетесь от чая с гренками.
— Как это мило с вашей стороны! Большое вам спасибо.
Молли взяла поднос. Есть ей решительно не хотелось, а вот от чая она бы не отказалась. Том же, обладавший волчьим аппетитом, съест все гренки до последней крошки.
— Надеюсь, у вас все в порядке, — прошептала женщина.
—