Библиотека

Разделенные океаном стр. 379

Размер шрифта
-
+
Тема

на здоровье!» Нанни всегда писала «здаровье», но никто не осмеливался сказать ей, что она допускает ошибку.

Финн подтвердил, что Том был жив и здоров, когда садился на поезд. Он скрылся в своем кабинете, заявив, что в последнее время пренебрегал работой и теперь ему придется наверстывать упущенное. Хейзел приготовила бутерброды ему на обед, и он появился лишь к вечернему чаю.

Время от времени в кабинете звонил телефон и Молли с девочками напряженно замирали в ожидании, что вот сейчас Финн позовет их и скажет, что это Том.

Они садились за стол, чтобы выпить чаю, когда он наконец позвонил.

— Чья это была идея, чтобы я вернулся домой один? — убитым голосом поинтересовался Том.

— Твоя, любимый, — ответила Молли.

— Что ж, идея оказалась дурацкой, и я жалею, что она пришла мне в голову. Меня не прельщает мысль о том, чтобы спать одному в холодной постели в пустом доме.

— Это ненадолго, всего на каких-то семь дней, — робко напомнила Молли.

— Целых семь дней! Господи Иисусе, я не выдержу. — Том шмыгнул носом. — Кажется, я сейчас заплачу.

Меган и Броуди дергали мать за юбку.

— Я хочу поговорить с папой, — обиженно заявила старшая дочь.

— Послушай, Том, девочки хотят поговорить с тобой, так что я прощаюсь. Может, ты позвонишь завтра? И береги себя, хорошо? — Она передала трубку Меган, чтобы дочка не закатила истерику.

Меган пожелала узнать, все ли в порядке с Одуванчиком. На пароме Том выпустил его из коробки и посадил к себе на колени. Броуди же не произнесла ни слова. Ошеломленная, она лишь молча слушала голос отца, говорившего ей о том, как сильно он скучает по ней. А потом, совершенно неожиданно, в трубке воцарилась мертвая тишина: должно быть, у Тома закончились мелкие монетки.

В воскресенье после обеда, вскоре после того, как они вернулись с мессы, солнце скрылось за тяжелой свинцовой тучей, небеса разверзлись, и хлынул проливной дождь. Он продолжался целых три дня без перерыва; неудивительно, что трава в Ирландии такая изумрудно-зеленая. Температура упала, и в доме стало неуютно и холодно. Зимой в таких случаях мама разводила огонь в каждой комнате.

Детвора, включая мальчишек Хейзел, недовольно ворчала — играть на улице было нельзя. Молли читала им, пока не охрипла. Она научила их играть в снап, но вскоре всем надоело, за исключением Меган, которая раз за разом выигрывала. Прятки обернулись настоящим кошмаром, поскольку дом был огромным, с массой укромных местечек, в которых можно было затаиться, так что искать друг друга можно было до бесконечности. Джо капризничал, и Молли решила, что у него режутся первые зубки. Должно быть, и Бабблзу не нравился дождь: он сидел дома и писал на коврики.

Том звонил каждый вечер, чтобы узнать, как у них дела.

— Отлично, — охотно отвечала Молли.

Она подождет, пока вернется домой, чтобы сказать ему — идея оставить их здесь, чтобы они побыли в гостях еще неделю, была худшей из всех, что когда-либо приходили ему в голову.

В среду дождь еще моросил, когда Молли вошла в кухню и обнаружила Хейзел, вцепившуюся обеими руками в раковину. Лицо невестки было белым, как бумага.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.