Разделенные океаном стр. 406
каким кажусь.
— Знаю. Вы похожи на шоколад с мягкой начинкой, вкусный и сладкий.
Впоследствии Левон так и не смог вспомнить, как именно все случилось. Но прошло совсем немного времени, и он уже занимался с Пегги любовью в белой спальне с кружевными занавесками.
— Я всегда мечтал об этом, — выдохнул он, опускаясь на ее роскошное, дрожащее от нетерпения тело.
— Я тоже, — простонала в ответ Пегги.
Ближе к вечеру Левон вышел из комнаты, чтобы взять бутылку шампанского. Через несколько часов Пегги принесла еще одну. В ту ночь они спали рядом на кружевном покрывале — было слишком жарко, чтобы забираться под него, — и занимались любовью с таким пылом и страстью, каких Левон еще никогда не испытывал. На следующий день оба решили, что поедут домой поездом. Он заказал отдельное двухместное купе, и они любили друг друга всю дорогу до самого Нью-Йорка.
— Спасибо, Пегги, — начал было Левон, когда они ступили на перрон Центрального вокзала.
Их толкали со всех сторон, а шум стоял просто оглушительный. После всего, что случилось между ними, он боялся прикоснуться к своей спутнице из страха, что их кто-нибудь увидит.
Пегги приложила кончики пальцев к его губам.
— Не благодари меня, Лев, и я тоже не буду говорить тебе «спасибо», — прошептала она. — Мы оба сделали именно то, что хотели. И, Лев, я не жду, что мы продолжим наши отношения, оказавшись дома, на своей территории. Ты не из тех мужчин, что любят интрижки, я знаю. — Она пожала великолепными плечами. — Но если будет желание, ты знаешь, где я живу. Пока, хороший мой. — Пегги торопливо поцеловала его в губы и исчезла.
«Тамара, любовь моя, я привел тебе другую дочь».По какой-то причине Левон все время вспоминал собственные слова, вернувшись из Лос-Анджелеса, тропического рая, где все казалось нереальным. Он вспомнил ту ночь, когда подвозил семейную пару к кораблю, пришвартованному у причала. «Мы едем в Европу», — сообщил ему мужчина. Он как раз выгружал их чемоданы из багажника, когда какая-то молодая женщина попросила его отвезти Анну на Бликер-стрит.
Когда Левон появился с Анной дома, Тамара вышла из спальни в забрызганном кровью платье, которое было на ней в ту ночь, когда они нашли Ларису. Тогда он любил Тамару, и она любила его. Но Анна встала между ними, и так будет всегда, даже теперь, когда они находились за тысячи миль друг от друга. Вряд ли можно винить Анну в том, что их с Тамарой брак дал трещину. Но кто-то же в этом виноват? Тамара продемонстрировала сторону своего характера, о существовании которой Левон даже не подозревал, — безжалостную и эгоистичную. Не исключено, что и он вел себя отвратительно и невыносимо. Он полюбил Анну так же, как любил Ларису, но для Тамары она так и не стала дочерью. Его жена видела в ней лишь другую женщину, соперницу.
А теперь все окончательно запуталось. Тамара злилась на него за долгое отсутствие, насмехалась и презирала за то, что он вернулся домой на поезде.
— Я уже обо всем договорилась, Лев, — пожаловалась она. — Дин Миллер устраивал вечеринку, и я
пообещала, что мы