Разделенные океаном стр. 494
лучше здешней, можно лежать на пляже и загорать. В конце концов, тридцать четыре года — это еще не старость. Она избавится от американского акцента и начнет говорить с аристократическим английским. Британцы пользовались успехом в Голливуде.
Раздался стук в дверь, и метрдотель закричал:
— Вы здесь, мисс Рэйнес? — Не дожидаясь ответа, он продолжил: — Вам прекрасно известно, что сотрудникам запрещено пользоваться туалетными комнатами для посетителей и постояльцев. У вас есть своя внизу.
Оливия распахнула дверь, едва сдерживаясь, чтобы не плюнуть в злое, раздраженное лицо француза.
— Я больше не ваша сотрудница, — заявила она ледяным, высокомерным тоном. — Я — профессиональная актриса и сейчас же уезжаю в Голливуд.
Молли приехала в Дунеатли как раз к чаю.
— Завтра или послезавтра я хочу съездить в Килдэр, чтобы купить детям подарки к Рождеству, — сказала она Хейзел. Невестка Молли мыла тарелки, а она их вытирала. — Я привезла с собой кое-что, но теперь в Ливерпуле очень трудно найти что-либо — у меня есть целый список косметики, длиной в целую руку, которую я пообещала привезти знакомым. — Губная помада и пудра практически исчезли с витрин магазинов, как, впрочем, и приличные чулки, заколки для волос и подвязки.
— Я поеду с тобой, — решила Хейзел. — Правда, я купила почти все подарки, что были мне нужны, но можно устроить себе выходной. Кроме того, я все равно собиралась приобрести пару бюстгальтеров. Грудь у меня обвисла чуть ли не до самой талии. А купить что-нибудь для поддержания ее формы в Дунеатли решительно невозможно. — Она задумчиво приложила палец к подбородку. — Может, стоит попробовать записаться в парикмахерскую Квинлана на мытье головы и укладку?
— Позвони им завтра с утра, и все станет ясно, — посоветовала Молли.
Хейзел домыла тарелки, развязала фартук, аккуратно свернула его и повесила на спинку стула.
— Мужчинам в этом смысле легче, верно? Никто, глядя на Финна, не говорит себе: «Эй, этот парень потерял фигуру и расплылся. Интересно, сколько у него детей?» Помимо обвисшей груди, у меня столько складок на животе, что их хватит на целую плиссированную юбку, а на правой ноге так вздулись вены, что теперь она похожа на карту Ирландии.
— Мне кажется, ты преувеличиваешь, Хейзел.
Для Молли невестка оставалась такой же красивой, как и прежде, разве что немного раздалась в талии с тех пор, как вышла замуж за Финна.
— Ничуть. — Хейзел пожала плечами. — Ладно, заодно и я куплю себе что-нибудь из косметики, пока мы будем в Килдэре, иначе скоро люди начнут принимать меня за мать Финна. И не надо ухмыляться, Молли. Финн не пропускает ни единого смазливого личика. Я не возражаю, пусть смотрит, лишь бы руки не распускал.
В тот вечер Молли, ложась в постель, чувствовала себя всем довольной и умиротворенной. Она сдержала слово и приехала домой на Рождество. Меган и Броуди уже спали в соседней комнате по одну руку от нее, а Томми и Джо — по другую. Томми, в кои-то веки, попросил ее рассказать ему сказку на ночь. Молли оставалось только надеяться, что он не слишком сильно скучает по ней.
Здешние празднества разительно отличались от