Разделяющий нож: В пути стр. 117
порядок.
— Я могу назвать гораздо более вероятную причину, чем Стражи Озера — которые к тому же не едят людей, — для того, чтобы люди исчезали: это Злые. Зловредные привидения. Я участвовала в уничтожении Злого у Глассфорджа прошлой весной — уж ближе такое увидеть невозможно. Злые, если могут, превращают крестьян в рабов. Если тварь вывелась у реки, думаю, речниками-рабами она не побрезговала. А о том, что товары можно продать ниже по течению, Злой может и не знать. — Только об этом наверняка знали его новые пособники. Мог ли Злой отправить их торговать, не утратив над ними контроля? Возможно, и нет.
Но все-таки… Вся
речная долина регулярно прочесывается отрядами, и не только Стражами Озера из нескольких лагерей у переправ, но и теми дозорными, кто плавает по реке в своих лодках. Это не какое-то позабытое захолустье.
Мог ли Злой такой же силы, как у Глассфорджа, оставаться незамеченным больше года?
«У Глассфорджа именно так и произошло, — напомнила себе Фаун. — Нужно все рассказать Дагу».
Судя по выражению лица Камнереза, идея о речном Злом не пришлась ему по вкусу, но просто так он ее не отверг. Если захватывает суда Злой, все его крепкие ребята с большими ножами будут ему ни к чему.
«Но очень пригодятся Злому». — Фаун поежилась.
Вит, с беспокойством следивший, как на лице сестры появляется знакомое упрямое выражение, предложил:
— Эй, Фаун, попробуй-ка, — и подвинул к ней блюдо с раскрывшимися раковинами мидий. Фаун взяла одну и стала рассматривать; Берри наклонилась к ней и показала, как извлекать мякоть. Фаун осторожно попробовала, прожевала, не почувствовав ожидаемого вкуса, и запила пивом из кружки Вита. Берри рассеянно потянулась за мидией тоже.
— Если найдешь жемчужину, — сказал наблюдавший за Фаун с улыбкой Камнерез, — она твоя. А вот раковины хозяева забирают.
Ну конечно — пуговицы нужно из чего-то делать. Однако мысль о жемчужине заставила Фаун взяться за мидий, пока Вит не отодвинул от нее блюдо, чтобы защитить свой обед.
Камнерез снова повернулся к Берри.
— Твои пропавшие мужчины не обязательно связаны с моими. А может быть, проблема глубже, чем я думал. Однако мой парусник, наверное, опередит твою баржу, и я могу поспрашивать и о твоих родичах. Как их зовут, напомни.
Камнерез внимательно выслушал Берри, когда та принялась описывать своего отца, брата Бакторна, Элдера и гребцов. Она не упомянула того, что помолвлена с Элдером, и судя по тому, что Вит перестал жевать, он это заметил. Похваставшись, что две пары весел лучше, чем одна, Камнерез в ответ описал суда из Трипойнта и их капитанов; Фаун быстро запуталась, тем более, что некоторые суда были названы именами людей, но Берри все схватывала на лету. Она даже заметила:
— Ох, я знаю тот парусник. Мы с папой ходили на нем из Греймаута вверх по реке три года назад, — чем заслужила одобрительный кивок Камнереза.
Откинувшись на спинку стула, Камнерез оглядел молодых женщин и Вита и спросил:
— Так кто у вас на «Надежде» есть из мужчин, не считая этого паренька? — Вит в ответ выпрямился и расправил плечи.
— Двое крепких мужчин и мой дядя Бо, который, когда трезвый, кое на что годится. И пара мальчишек.
Берри не упомянула, как заметила Фаун, что эти двое