Разделяющий нож: В пути стр. 387
ли в деревне прошлой осенью баржа под названием «Шиповник», хотя и вспомнил пару судов из списка Камнереза. Фаун сделала несколько мелких покупок, чтобы пополнить запасы «Надежды», а Вит продал ящик оконного стекла.
Когда дела были закончены и все повернулись к выходу, Барр неожиданно спросил приказчика, показав на его шлем:
— Откуда ты почерпнул такую идею?
Приказчик улыбнулся с победным видом.
— Интересно тебе, да, Страж Озера?
— Он же ничего на самом деле не дает. Мы разыграли некоторых речников, когда они застряли у Жемчужной Излучины несколько недель назад. Они купились, а мы повеселились.
Те самые речники, поняла Фаун, которые опередили «Надежду». Она закрыла рот рукой и стала ждать продолжения.
— Ага, я так и знал, что ты попробуешь заставить меня снять шлем. Не так ли, молодой человек? — с еще большим удовлетворением ответил приказчик. — Смейся на здоровье. Посмотрим, кто посмеется последним.
— Да я же не пытался ничего у тебя купить или продать!
— Ну да, — кивнул приказчик, — у тебя ничего и не получилось бы.
Барр растерянно развел руками.
— Послушай, я точно знаю, что это была шутка: я сам все выдумал!
Приказчик откинулся на стуле, проницательно прищурив глаза.
— Ну как же, что еще ты можешь сказать!
— Нет, правда! Это же глупость! Такая штука не мешает Дару. Это
был розыгрыш! Я сам придумал…
Берри многозначительно посмотрела на Дага, и тот положил руку Барру на плечо.
— Пошли, Барр, и перестань спорить. Хозяйка Берри собирается отчаливать.
— Но это… но он…
Ремо помог вытащить своего напарника за дверь. Барр уперся на грязном склоне и попытался повернуть обратно.
— Это была шутка. Я придумал…
Даг вздохнул.
— Если ты хочешь остаться здесь и продолжать спорить с тем парнем, мы, конечно, можем сгрузить твое имущество и лодку. Что касается меня, могу предсказать: горшки будут носить на головах по берегам Грейс и Серой реки еще лет сто, так что нужно к этому привыкать. Такое будет длиться до тех пор, пока люди будут бояться Стражей Озера или оставаться в неведении насчет нашего Дара. — Даг помолчал, задумчиво глядя на мокрую, унылую долину. — Впрочем, если от этого люди чувствуют себя в безопасности, может, оно и на пользу… нет, все-таки нет. — Он покачал головой и двинулся дальше.
— Это не моя вина, — жалобно сказал Барр, следуя за Дагом, но все еще оборачиваясь на склад.
— Твоя, твоя, — раздраженно бросил Ремо одновременно с Фаун, которая пробормотала: «А чья же еще?», и Дагом, рассудительно протянувшим: «Конечно, твоя. Может, намерения у тебя и не было, но последствия на твоей совести. Живи и учись, дозорный».
Барр раздраженно сжал губы, но наконец заткнулся. Фаун, правда, услышала, как он бормочет себе под нос, поднимаясь на палубу: «Я же все выдумал…»
* * *На следующее утро за завтраком кампания Барра против Ремо была временно прекращена, когда вся команда «Надежды» единодушно предложила ему уняться или приготовиться к заплыву. Полностью это проблему не разрешило, поскольку Барр теперь принялся смотреть на Ремо: то умоляюще, то сердито, то многозначительно. Ремо стиснул зубы и попытался не обращать на Барра внимания. Фаун понятия не имела, что эта парочка делала со своим Даром, но ничуть не удивилась бы, если бы Ремо пожаловался, как случалось с