Библиотека

Разделяющий нож: В пути стр. 84

Размер шрифта
-
+
Тема

же глаза его снова стали серьезными. Он подошел к Кресс и опустился на палубу, неловко согнув свои длинные ноги. Когда он наклонился над больной, лицо его опять утратило всякое выражение.

Все происходило очень быстро: Дар коснулся тут… коснулся там… где бы это «там» ни было… Фаун мысленно занялась приготовлениями, усевшись на прежнее место рядом с Дагом, — горячий чайник на очаге, одеяла в каюте расстелены…

Тихие стоны Кресс превратились в задыхающийся крик. Фаун крепко сжала ее руку, не давая больной схватиться за живот. Прикоснуться к Дагу Фаун боялась, чтобы не разрушить его сосредоточенность, но то, как сильно он побледнел, заставило ее предположить, что его все сильнее бьет внутренний озноб. Ночной воздух становился ледяным, и фонари и факелы, которые держали зачарованно сгрудившиеся вокруг зрители, тепла не давали.

Минуты шли за минутами, но все-таки не так много, как потребовалось для колена Хога… Наконец Даг выпрямился, шумно выдохнул воздух, расправил плечи и потер лицо. Кресс перестала стонать и смотрела на Дага, приоткрыв губы в благоговении.

— Ну, пока что я сделал все, что мог. Отросток освободился от гноя, отек идет на убыль. — Даг свел брови к переносице. — Думаю, Кресс, ее сестре и Марку лучше провести ночь здесь, на барже. Воспаление все еще сильное, новое подкрепление Дара утром будет не лишним. Стражи Озера, когда лечат таких больных, дают им пить кипяченую воду с капелькой сахара и соли, а потом чай, только пару дней никакой еды — внутренностям нужен отдых, пока они заживают. И нужно Кресс хорошо укутать на ночь.

— Только я же не видел, чтобы ты что-то делал, — неуверенно сказал хозяин Вейн; его голос теперь уже ничем не напоминал воинственный рев.

— Ты можешь верить мне или не верить, как пожелаешь, — ответил Даг. Он посмотрел на Кресс, и слабая улыбка тронула его губы. — Будь ты Стражем Озера, ты многое бы увидел.

Даг дрожал, и Фаун решительно вмешалась:

— Пора тебе уйти в каюту и согреться, целитель ты мой. Думаю, кружка горячего питья будет тебе на пользу.

Даг склонил голову и улыбнулся жене, потом обхватил ее левой рукой и крепко поцеловал. Его губы были холодными, как глина, но глаза горели огнем.

«Печь для обжига нуждается в глине и в огне, — озадаченно подумала Фаун. — Какой новый сосуд мы слепили тут и обжигаем?»

* * *

Несмотря на все события, посетители баржи были так измучены, что немедленно уснули на шкурах, постеленных у очага. Даг, словно сраженный наповал, упал на одеяла в их закутке и скоро начал похрапывать, уткнувшись лицом в кудри Фаун. Утром после завтрака он еще раз занялся Кресс, потом отправил супружескую пару и их сопровождающих домой. Непроспавшиеся, страдающие от похмелья матросы в сером утреннем тумане были совсем не такими угрожающими, как пьяная возбужденная толпа накануне; впрочем, они с похвальным усердием повторили свое доброе дело: без жалоб потащили дверь, на которой лежала Кресс, в обратном направлении.

Как только шествие скрылось из вида, Даг сказал Фаун:

— Собери-ка нам корзинку для пикника, Искорка. Мы с тобой отправляемся на прогулку.

— Ох, сегодня такой пасмурный холодный день, — возразила Фаун, удивленная внезапным намерением мужа.

— Тогда захвати с собой побольше одеял. — Даг понизил голос. — Стражи Озера

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.