Разгадай меня стр. 108
и начинает вибрировать, рокот как будто проходит через все мое существо и отдается рикошетом сквозь кости, пока голова у меня не начинает идти кругом, а сердце словно превратилось в маятник, отчаянно раскачивающийся в моей грудной клетке. Перед глазами все меркнет, потом вспыхивает, потом снова гаснет и снова возвращается, и мне нужно проморгаться долго-долго, но все, что я вижу, — это только трещина у меня под ногами, как тонкая линия от треснувшей земли. Потом все вокруг словно потеряло равновесие. Камни стонут под нашим весом, стеклянные стены дребезжат, аппаратура куда-то перемещается, вода выплескивается из резервуаров, а люди…
Люди.
Люди замерли в страхе, кошмаре и ужасе, и все это разрывает меня на части.
Я падаю назад, прижимая кулак правой руки к груди, но я все равно пытаюсь напомнить себе о том, что я не чудовище. Я не должна быть чудовищем, я не хочу причинять боль людям, я не хочу причинять боль людям, я не хочу причинять боль людям,
но это не срабатывает.
Потому что это ложь.
Потому что это была я, когда хотела прийти на помощь.
Я оглядываюсь.
Я смотрю на землю.
На то, что я натворила.
И понимаю впервые в жизни, что я обладаю силой разрушить весь мир.
Глава 8Касл в одну секунду обмяк.
Челюсть у него отвисла, руки безвольно висят по бокам, как плети, глаза широко раскрыты и полны удивления и озабоченности, и еще в его поведении сквозит робость, вернее, намек на нее, и хотя он шевелит губами, из его горла не доносится ни единого звука.
Я чувствую себя так, словно пробил час спрыгнуть вниз со скалы.
Кенджи дотрагивается до моей руки, и я поворачиваюсь к нему. Вот тут-то я и сознаю, что полностью оцепенела. Я всегда надеюсь на то, что и он, и Касл, и Адам поймут, что быть со мной излишне добрым и мягким — жестокая ошибка, что все кончится очень плохо, что я этого не достойна, что я всего-навсего инструмент, оружие, скрытый убийца, в конце концов.
Но он аккуратно, с большой осторожностью берет в свои ладони кулак моей правой руки. Соблюдая определенную осторожность, чтобы не коснуться случайно моей кожи, он снимает порванную перчатку и в ужасе шумно втягивает в себя воздух при виде моих изуродованных костяшек. Кожа с них содрана, вся рука в крови, и я не могу шевелить пальцами.
Я понимаю, что сейчас начнется предсмертная агония.
Я моргаю, и тут взрываются все звезды, и новая мучительная боль пронзает мои конечности, причем так стремительно, что я больше не
могу произнести ни слова.
Я хватаю ртом воздух
и
весь
мир
исчезаетГлава 9У меня во рту привкус смерти.
Я с трудом разлепляю глаза, и тут же острая боль пронзает мою правую руку. Моя кисть забинтована, да так туго, что я не могу пошевелить ни одним пальцем, за что я благодарна своим лекарям. Я так слаба, что у меня нет сил ни кричать, ни плакать.
Я начинаю часто моргать.
Пытаюсь оглядеться, но шея у меня затекла и не поворачивается.
Чьи-то пальцы касаются моего плеча, и мне хочется выдохнуть. Я опять моргаю. Еще и еще раз. Передо мной вырисовывается мутное пятно,