Разыскивается: белая и пушистая, с криминальными наклонностями! стр. 76
Не моги за ее малый рост,
Малый рост.
Орали мы в обе луженые глотки, а у меня, между прочим, голос сильный и несмотря что я такая маленькая он у меня низкий не бас конечно, но тоже сойдет, а вот Таш нет-нет питуха давала, а может это у нее стиль такой кто ее знает…
Найдя нужный дом, поинтересовалась у подруги:
— Это точно он?
— Угу, только во дворе собака, злая.
— Ща доброй станет! Кутя-кутя!
Перескочив через забор… хотя как перескочив… свалили мы его, случайно… Бегали от собаки, а потом что-то пошло не так и уже за собакой. Бобик поскуливал, но в руки не давался. Потом все же нашли нужное окно с голубыми шторками и продолжили концерт, бобик нам кстати подпевал!
— За решетками централа…
— Эль мне кажется эта песня не про любовь — оборвала меня Таш.
— А кто-то с горчаки спустился
Наверно милый мой идет…
Минуты через две в окне зажегся свет и из него показался по пояс, оголенный лохматый мужик.
— Таш это он? Твой министр?
— Менестрель! И да это он.
— А что плюгавый такой? — поинтересовалась моя пьяная персона.
В самом дели щуплый какой-то, я думала Таш там себе отхватила какого-нибудь качка ну к примеру как Аскар, а этот, наверное, и ложку двумя руками поднимает. Да они вместе смотрятся как Слон и Моська!
— Сердцу не прикажешь — всхлипнула подпруга.
Дальше было веселее…
Мини… менестрель к нам спускаться не захотел и отозвался плохо о моем вокале! Тогда мы пошли к нему сами! Таш выбила двери или я ее сплоила не помню… пробились через двух мужиков, которым как они сказали спать мешаем просто дом оказался на несколько жильцов. Против пьяной Таш и лом не поможет.
Потом сперли этого министра и потащили засвидетельствовать брак. Мужчина сопротивлялся, взывал к нашему благоразумию и вообще он изменил мнение о моем пении. Таш не
верила я, кстати, тоже и тащила его девушка, перебросив через свое плечо. А потом… потом нас арестовали…
Как же приятно проснуться на тонком тюфяке, когда подруга обнимает аж до хруста в ребрах и дышит в лицо перегаром. Когда во рту, будто мыши нагадили, а в голову, словно дятел стучит. Вот что еще для счастья надо? Наверное, только оказаться в городской тюрьме, где собственно я сейчас и проснулась.
Отцепив от себя конечности подруги, протерла глаза и огляделась:
Серые стены на двери решетка, а в углу смрадно воняет туалет, коим здесь является дырка в полу. Мило! Такие хоромы и царю не снились! Живем…
— Таш проснись — стала я трясти подругу.
— Что уже завтрак принесли? — по богатырски зевнула девушка и потянулась.
Я хмыкнула:
— После того как ты в глаз стражникам на посту дала нам и ужина не видать, сколько мы здесь сидеть будем?
— Пару дней и еще штраф придется заплатить — взгрустнула девушка.
Со всей ситуации радовало только одно: что нас посадили в обычную тюрьму, а не в магическую, где вместо решеток черная смола стекает.
— Таш у тебя есть, что-нибудь попить? — села я рядом с девушкой.
— Угу, держи фляжку.
— Там что вино? — скривила я нос, у меня и так башка болит.
— Нет, вчера