Библиотека

Рейтинг лучших любовников стр. 91

Размер шрифта
-
+
Тема

понял давно. Но гораздо больше поразило сообщение о том, что Машка не его дочь. Он готов был простить Вере тысячу любовников и незабвенную школьную любовь в придачу, лишь бы Маша оставалась его дочерью. Он совершенно не представлял, как будет дальше существовать, когда у него звериной хитростью отняли дочь, самое любимое, что у него было в жизни.

Геннадий, глядя с неослабевающим интересом на разворачивающийся перед ним бразильский сериал, поймал себя на том, что, как и все вокруг, начинает испытывать все возрастающее беспокойство. Оказывается, его положительный и правильный папенька вовсе не такой уж положительный и правильный. Оказывается, он большой ходок по женщинам. Может, и мама Оля – того… Как и эти две тетки… А если так, то он, Геннадий, тоже может оказаться здесь чьим-нибудь братом. Может, его и пригласили специально для того, чтобы сообщить эту сенсационную новость.

Он обвел взглядом присутствующих и понял, что готов назваться братом кого угодно, начиная с наркоманистого Андрея и кончая своей собственной матерью, только бы не этой пташки по имени Маша. Уж очень она ему понравилась. Ясно, что ее бойфренд, нежданно-негаданно оказавшийся братишкой, спекся, в свете чего аборт – дело хорошее и нужное. А после аборта девочка вполне может на некоторое время впасть в какую-нибудь амнезию и начисто забыть своего братца-любовника. И тут уж Геннадий Зданевич постарается, чтобы Машенька его никогда не вспомнила.

Ольга Зданевич сидела за столом, крутя за ножку изящный хрустальный фужер. Сосредоточась на его золотом ободке, она раздумывала, как бы поделикатней исчезнуть с этого замечательного дня рождения и увести с собой сына. А может, и не надо деликатничать? Нужно просто встать и покинуть эту квартиру. Пусть Антон сам разбирается со своими женщинами и принимает решение. Она ему в этом не указ. Ольга поражалась собственному спокойствию. Интересно, почему ей не хочется плакать? Может быть, потому, что внутренне она уже подготовилась к такому финалу?

– Нет! Я же сказала, что еще рано уходить! – Вера пригвоздила опять поднявшуюся из-за стола Ольгу к месту. – Вы должны знать все! Моя подруга Катя… она спала с вашим мужем не только в юности! Она спит с ним наверняка и по сей день! Как вам это нравится?

– Вы могли бы и не сообщать мне об этом, – без всяких признаков начинающейся истерики ответила Ольга.

Вере ее ответ не понравился.

– Вы так равнодушны к собственному мужу? – спросила она.

– Нет, но я оставляю право выбора за ним.

Антон Зданевич, которого лихорадило так, что он боялся что-нибудь сказать, потому что голос непременно выдаст его потрясенное состояние, с удивлением посмотрел на жену. Ее интонации были совершенно новы для него.

– Пойдем, Гена, – Ольга пригласила сына покинуть квартиру Кудрявцевых. – Тебе здесь нечего делать. А вас… – Ольга, прищурившись, оглядела Веру, – я призываю пощадить собственных детей.

– Наши дети, так же как и мы все, связаны в один тугой узел, и не вам решать, кого тут стоит щадить, а кого нет.

– Ну… как знаете… – тихо проговорила Ольга, не без труда вытащила Геннадия из-за стола и, как детсадовца, повела за руку к выходу.

Все вздрогнули от хлопка входной двери, а потом раздался сначала тихий, но постепенно усиливающийся смех Андрея.

– Ой… не могу… – Он отошел

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.