Река Хронос [сборник] стр. 5296
ездят немного более рискованно, чем обычные водители.
Вошла Иришка. Она улыбалась.
За Иришкой шел молодой полицейский.
— Я могу быть спокоен за судьбу и здоровье мисс Кошко? — строго спросил он.
— Совершенно! — успокоила стража порядка Лидочка.
— Спасибо, Джонни, — сказала Иришка и тут же, забыв о нем, кинулась к Лидочке.
Не к Роберту — ведь она еще была девочкой, — а к взрослой тете, которая должна была заменить ушедший мир и защитить ее от страшных призраков.
Лидочка прижала ее к себе и гладила по мягким, теплым волосам.
— Какое счастье, что вы не уехали, — сказала Иришка.
— Давай с нами кофе пить, — сказала Лидочка. — Ты не боишься наверх идти?
— Нет, не боюсь, — улыбнулась Иришка. — Я, честно говоря, устала бояться.
Пока они пили кофе, Лидочка не стала говорить о звонке Марксины Ильиничны.
Разговор был странным. Иногда он вспыхивал, когда Иришка с Робертом по-детски вспоминали, как они ловили бандитов в аэропортах или как Иришка была в Скотленд-Ярде. Потом, когда все спохватывались, что сидят в доме, два обитателя которого погибли, а двое упрятаны в английскую тюрьму, разговор умирал, и становилось неловко говорить громко или улыбаться.
Потом Иришка вдруг сказала, что хочет спать.
Роберт предложил остаться в доме, но Иришка его выгнала — твоя мама с ума сойдет, в каком ты доме! Ведь уже завтра они обо всем узнают, и в газетах обо мне напишут. Это ужасно!
— Мы запремся, — успокоила юношу Лидочка.
Пока Иришка провожала Роберта, снова зазвонил телефон. На этот раз звонил Мэттью Слокам.
— Доехала ли мисс Ирина?
— Да, все в порядке!
— Вам не страшно?
— Мы постараемся пережить…
— Я не отказываюсь от своего предложения прислать к вам полицейского.
— Пускай он спит дома.
— Тогда спокойной ночи.
— Вы разговаривали с Кошками?
— Пускай они переночуют в камерах. Причем отдельно. Начнется рабочий день, мы начнем разговор. Надо соблюдать трудовое законодательство. Что еще у вас нового?
— Звонила бабушка Ирины, — сказала Лидочка, глядя, как Иришка запирает входную дверь на засов и поворачивает ключ.
— Вы ей сказали, что произошло?
— Я ничего не смогла ей сказать. Я испугалась.
— Она не сказала, жива ли настоящая мать девочки?
— Сказала.
— Понимаю. Вы не готовы произнести это вслух. Тогда я сам спрошу: ее убили?
— Да, но я не знаю подробностей.
Иришка обернулась. Она поняла, о чем Слокам спрашивал Лидочку.
Девочка заплакала. Сквозь слезы она сказала, что уже знала, что ее мамы нет. Конечно, они ее убили. И потом стала ругать Лидочку за то, что она сама не сказала бабушке о смерти отца и аресте краснодарских Кошек. Ведь все равно бабушка прилетит сюда. А из-за Лидочкиной трусости Иришке придется с утра звонить в Москву и рассказывать бабушке страшные новости.
Потом, наплакавшись вдоволь, Иришка сказала, что будет спать только с Лидочкой.
Они уснули, обнявшись, на Лидочкиной кровати. Ночью Иришка плакала, вскрикивала, вертелась, совсем не давала Лидочке спать — а спать той хотелось смертельно. Будь другой день и другие события, она бы выгнала Иришку из кровати.
Глава 30Утром они встали рано. Солнце было безжалостно ярким. Все в доме напоминало о трагических событиях — от ножей (без самого большого), что висели над кухонным столом, до разора в комнате Кошек, пятен крови в спальне Аллы,