Реплика стр. 394
хотя бы вышло что-то хорошее – наверное, единственно хорошее в этой запутанной истории. Теперь Пит принадлежал ей.
Помолчав, Лира продолжила свой рассказ.
– Почему вы убежали? – поинтересовалась Джемма. Ни Лира, ни Семьдесят Второй не спешили отвечать.
– Это была идея Ориона… – пробормотала Лира.
– Ориона? – Джемма развернулась на сиденье.
Она была потрясена: Семьдесят Второй улыбался, глядя в окно, словно в грязи хайвея пряталась лучшая тайна мира. Джемма никогда прежде не видела его улыбающимся, да и вообще не предполагала, что он способен на такое, и произошедшая перемена поразила ее. Парень мгновенно превратился из угрюмого социопата в многообещающую модель Кевина Кляйна.
– Я дала ему имя, – с гордостью сообщила Лира. – Как доктор О’Доннел дала имя мне.
– Я не знал, можно ли вам доверять. – Новоиспеченный Орион посмотрел на Лиру. – Извините.
Любопытно, а насколько глубоко его изменило обретение имени? У Джеммы просто в голове не укладывалось, что парень в футболке с логотипом «7-Up», благовоспитанно сидящий на сиденье машины, – тот самый тип, который на болоте угрожал им ножом.
Тем временем Лира стала досказывать им историю их злоключений.
– Ой, чуть не забыла! – Лира расстегнула рюкзачок, который, как подозревала Джемма, она украла из гостевого домика деда и бабушки Эйприл. – Незадолго до смерти медсестра Эм подарила своей соседке три картины. Вот что
было за подкладкой.
И Лира передала Джемме три списка имен – два напечатанных и один написанный от руки. Джемму замутило. Бренди-Николь Харлисс. Да, так и есть, сомнений быть не могло.
Но, кроме нее, в списке было еще тридцать четыре имени! А это означало, что все эти дети были украдены у родителей или из приемных семей как раз в те годы, когда над Хэвеном нависла угроза лишиться финансирования.
Их использовали в качестве биоматериала, чтобы выращивать клонов.
– Можно я пока возьму? – попросила Джемма, и Лира пожала плечами, хотя на лице ее отразилась жажда – точно с таким же выражением Лира смотрела на книжные полки. Как голодающий на ломящийся от еды стол. – Я отдам их тебе, только чуть-чуть позже.
Медлить нельзя. Нужно сказать Лире про отца. Джемма не знала, почему она так нервничает. Вероятно, Лира будет счастлива. У нее есть отец и наверняка и другие родственники – тети, дяди, двоюродные сестры и братья.
– Лира, мне нужно кое-что тебе сообщить – кое-что о твоем прошлом.
– Сейчас? – спросил Пит. – Здесь?
– А какой смысл ждать? – почему-то удивилась Джемма.
– Что? – спросила Лира.
Когда Джемма повернулась к ней, она заметила, что Орион и Лира держатся за руки. Или, точнее говоря, не держатся, а соприкасаются ладонями. Может, они хотели бы взяться за руки, но толком не знают, как это делается?
Джемма глубоко вздохнула. На горизонте кровоточило солнце.
– Ну… тебя не сделали в Хэвене.
– Что ты имеешь в виду? – почти выкрикнул Орион. В голосе его прорезалось какое-то чувство. Не гнев, нет. Страх. – А где ее сделали?
– Нигде, – ответила Джемма. Как же трудно все объяснить. – Это список детей, которых украли из семей и привезли в Хэвен в то время, когда у института не было возможности продолжать создавать копии людей. Бренди-Николь Харлисс – твое настоящее имя. Тебе его дали родители.
Лира сидела бледная, щуплая, с такими гигантскими глазами, что Джемме вдруг захотелось