Решала стр. 119
Никогда не ошибалась! А ещё перед отъездом сюда посоветовала, чтобы я не расстраивался, когда проиграю, мои победы в будущем.
— Ну, нафик такое на ночь говорить?! — возмутился я, но уснул быстро.
Проснувшись, понял, что рассказ Цзю о жене его тренера меня заинтересовал. А что если это ещё одна попаданка? Или реально провидица? Ну, хрен кто такое сейчас по Косте предскажет. Да, он чемпион мира среди юниоров прошлого года. И всё. Других международных титулов у него нет, да и на Олимпиаде он тоже ничего не выиграет, я бы помнил. Поехать, что ли, в Серов, сказать тётке что-нибудь вроде… «Вова Путин» и посмотреть на её реакцию? Но вдруг она экстрасенс какой и выкинет меня из тела? А я тут только жить начал нормально. Будущее? Да что я там не видел, успею ещё насмотреться.
Утром нас всех взвесили, мой вес — 66,2 кг. Даже запас имеется!
— Штыба, да что с тобой? Мечтаешь всё утро! — возмутился мой тренер перед боем.
Гонг возвестил начало поединка. Я первый из советских спортсменов, которым достался иностранец, и зал поддержал моё появление аплодисментами. Соперник меня явно побаивается, и полное его имя Христо Димитров.
Парень ниже меня ростом, всего 175 см, согласно анкете. Он тоже, как и я, чемпион Европы среди юниоров, но стал им на два года раньше, в 84-м в Тампере. Был, оказывается, и на Играх доброй воли в Москве. Юра Савочкин его там вынес, а сам потом Назарову проиграл.
Бой я начал активно, постаравшись выкинуть из головы мысли о неведомом. Дважды удавалось зажать соперника у канатов, но в концовке первого раунда пропустил обидный удар, хорошо хоть вскользь.
— Не зарывайся, работай спокойно, — советует тренер в перерыве между первым и вторым раундами. — Раунд твой.
А вот тут не факт, я толком и не попал ни разу. Хотя… домашнее судейство. С другой стороны, у нас, у советских, собственная гордость есть, и засуживать спортсменов, как, например, на будущей олимпиаде это сделали с Роем Джонсом, тут никто не будет. Так, прибавят чуток, где-то не заметят, что пропустил. Хотя, помню, там корейцы купят судей. Вообще охреневшая нация — коррупция там везде!
Второй раунд у меня получился лучше, я контролировал центр ринга, боксировал в рваном темпе, но за те секунды, когда я работал на пределе, несколько раз болгарина достал.
— Красавец! Всё так! — хвалит меня мой угол.
В третьем раунде я не стал пижонить и засушил бой, что не сильно понравилось зрителям, болеющим за меня. Тем менее, моя единогласная победа по очкам! Поляк и немец выиграли так же по очкам, как и Костя с Артемьевым. Завтра у меня бой с восемнадцатилетним парнишкой моего роста.
После обеда разбор полётов, и мне досталось за вымученный третий раунд.
«Собака лает — ветер носит», — презрительно хмыкаю про себя я.
Глава 38
Мой бой с Петросяном, так звали этого перворазрядника из Ленинграда, был по расписанию четвертым. Нет, это не родственник ни футболистам Арарата, ни известному комику. Простой армянский парень, по-моему, и не бывавший никогда в Армении, а живущий с рождения здесь. Детское наивное лицо, и видно, что ему всё в новинку в большом боксе. Но чемпион города, и своё место в турнире добыл