Реваншист стр. 6
Первым делом избавьтесь от Горбачева! Закопайте его глубже…» Они избавятся… В Новинках одним пациентом станет больше. О нынешнем политбюро можно сказать кратко: маразм крепчает. Суслов в своем кабинете спускает брюки — жарко ему — и забывает их натянуть. Брежнев через полгода перенесет клиническую смерть и подсядет на наркотики. Через семь лет он умрет. Наступит пятилетка великих похорон. «У вас есть пропуск на прощание с генеральным секретарем? О чем вы? У меня абонемент…» Выбрать в руководстве СССР самого вменяемого? А как донести до него информацию? Чтобы руководитель прочел письмо, оно должно к нему как-то попасть. Почту сортирует секретариат. Там трудятся люди, ценящие свои должности. Они не станут подносить шефу откровения сумасшедшего.
«Ладно! — сказал я себе. — Утро вечера мудренее». И с этой мыслью уснул.
* * *Разбудили нас рано. Я умылся, пригладил пятерней волосы (расчески не было) и познакомился с соседями. Слесарь Миша (это он кричал на меня ночью) попал в больницу со сломанной ногой. Возвращался после работы домой и поскользнулся на ступеньках крыльца. Ага, летом, в сухую погоду. Лицо Миши в цветах флага СССР давало ясное представление, как это произошло. Другой обитатель палаты, дядя Коля неловко поднял диван. В анамнезе — перелом отростка на позвоночнике, постельный режим, уколы.
Завтрак нам принесли в палату. Овсяная каша на воде, два кусочка хлеба (один — белого), кусочек масла, чай. Не зажируешь. Организм у меня молодой, мяса хочет. Можно сбегать в магазин, он неподалеку, но нет одежды. Меня привезли сюда прямо из цеха — это сказала медсестра. Потому и руки были грязные. Спецовку сняли, она в кладовой. А вот кошелек оставили — нашел в тумбочке. В кошельке — тринадцать рублей, восемь копеек. Не так мало для этой реальности. Вареная колбаса стоит от 1,9 до 2,8 рублей за килограмм. Сыровяленая («сухая») — больше пяти. Ее, правда, не купить, когда «выбросят» — очереди. С полукопченой проще. Она
бывает четырех видов: «Одесская», «Краковская», «Ветчинная» и «Тминная». Цена где-то 3,5 рубля за килограмм, точно не помню. Водка — 3,62 за бутылку, это самая дешевая — «коленвал». «Столичная» — 4,12, если не ошибаюсь. Вполне можно выпить и даже друзей угостить.
Осталось узнать, как получил травму. В той жизни у меня ничего подобного не было. Как-то уронил на ногу плиту от штампа. Перелом пальца, лечился амбулаторно. А вот чтоб прилетело в голову… Гадом буду — «херувим» постарался. Ладно, врач разберется.
Он появился после завтрака. Лет сорока, с залысинами на высоком лбу, в белом халате и со стетоскопом на шее. С порога направился ко мне и сразу присел на стул у койки.
— Как чувствуете себя, больной?
— Замечательно, — ответил я.
— Говорили, что вставали.
— Ходил в туалет.
— Надо было позвать сестру.
— Зачем?
— У вас травма головы. Привезли без сознания. Скорей всего сотрясение.
— Был бы мозг, было бы сотрясение.
Врач, видимо, этой шутки не знал, поскольку хохотнул.
— Хорошо, что вы шутите. Но… — он покачал головой. — Голова болит?
— Нет.
— Что, совсем?
— Чему там болеть? Сплошная кость.
Миша за спиной доктора заржал.
— Но-но! — врач погрозил мне. — Головокружение, тошнота?
— Ничего нет. Честное слово!
— Странно.
Врач достал из кармана молоточек.
— Сядьте и смотрите сюда!
Я подчинился. Он поводил молоточком