Библиотека

Резервисты стр. 114

Размер шрифта
-
+
Тема

из чахлого кустарника на обочине, в двухстах метрах от КПП прозвучала длинная, во весь рожок автоматная очередь.

Услышав крик, мы все попадали на асфальт, причем Рони продолжал держать под прицелом всю компанию в машине. Санитар тоже рухнул, но как-то неестественно. Кустики мы размолотили подчистую, дружно открыв огонь из всех стволов; сзади из амбразуры, прикрывая нас, короткими очередями ударил пулемет, разметав остатки растительности. Мы осторожно приподнялись. «Санитар» лежал на спине, хрипя и кашляя, кровь заливала белый халат, стекая на асфальт, он поймал пулю прямо в грудь. Сзади противно визжала правозащитница. Через несколько минут приехала армейская скорая, врач и наш санитар пытались откачать раненого. Халед со связаными руками сидел в джипе погранцов. Мы с Зориком подошли к нему.

— Что ж ты, — начал по русски Зорик, — сначала с нами за жизнь разговоры разговаривал, а потом взрывчатку привез!

— А, что вы понимаете, сопляки. Вот завалят к вам ночью человек восемь таких уродов, — он кивнул на скорую, — которым, что таракана раздавить, что человека убить и скажут: не повезешь взрывчатку, мы убьем твоего старшего сына, потом — среднего. Чтоб вы делали, герои? — закричал он с надрывом.

— М-да, — только и смог сказать я, — попал ты, мужик!

Пограничники увезли всю компанию, причем беременная оказалась только на восьмом

месяце и, вообще, резко сменила тон и начала орать, что ее заставили и все такое. Обе дамочки правозащитницы сидели около своей машины. Одна — рыдала в истерике, а вторая — отпаивала ее водой из бутылки. Вернулся Омер, весь перемазанный кровью.

— Если довезут, это — будет чудо! — сказал он.

«Юндай» Халеда увезли саперы.

В пятницу Мишаня снова договорился с Ави, и мы поехали за покупками; на этот раз, заинтригованный Габассо отправился с нами. Мишаня подвез нас нас к дому погибшей семьи, которую расстреляли на шоссе. Мы, скрепя сердце зашли в дом, но что мы могли сказать несчастным старикам, сидевшим шиву*, , враз потерявшим и детей и внуков. Мы только пробормотали слова сочувствия.

Накупив сигарет и всякой ерунды, мы уже собрались возвращаться, однако Мишаня решил, что не навестить местные силы самообороны будет невежливо. Запах шашлыка опять витал в воздухе, но в садике у Михалыча было пусто. Мишаня двинул «хаммер» вниз по улочке, завернул в переулок, тормознув у второго дома слева. На веранде мы увидели знакомую картину: мангал, шашлычок, водочка, закусочка. Михалыч что-то рассказывал, жестикулируя, как летчик после вылета. Рувимыч слушал, открывши рот. Нам они обрадовались, сразу усадили за стол, положили на мангал еще мяса.

— Розочка сегодня рано вернулась, поэтому решили тут посидеть, — извиняющимся тоном сказал Михалыч.

— А он как раз про Даманский байки рассказывал, про контузию свою, — кивнул Рувимыч, разливая нам водку.

— Почему же байки! — обиделся тот.

— Ладно мужики, не ссорьтесь! — прервал их Мишаня, — расскажите лучше, что это за терминатор местный, который на дороге троих террористов завалил?

— Да, Алекс мужик крутой, в Афгане служил, потом в милиции, опером. А тут я не знаю чем занимается, где-то в Тель-Авиве работает.

— Да, зверь-мужик, — поддержал Рувимыч, — иногда, глянет в глаза, ну вылитый волчара!

— За здоровье волчары! — Мишаня поднял стаканчик с соком.

— Обломал уродов, они, небось, думали опять на женщин и детей попадут, — поддержал Леха.

Мы чокнулись,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.