Риск – это наша работа стр. 201
и мне сказать. Мы же с его мамой подругами были… – Она словно пожаловалась. – Как это произошло?
– Я не знаю. Сейчас приедет какой-то афганский бизнесмен. Он расскажет. Предупреди охрану, чтобы афганца проводили в дом.
Мама вышла. Очень медленно. Ее тоже сильно ударило сообщение.
Шерхан ушел в свой кабинет, но сел не за письменный стол, а в мягкое кресло. И словно отключился от всего, от времени, от событий, от забот и потерянных надежд. Мысли не могли собраться, рвались, не успев приобрести очертания, перебивались новыми, такими же рваными.
Одно он осознал верно и четко.
Арест брата явился крушением всех его планов по созданию
империи. Денег, которые уже обросли в его голове реальностью, стали ощутимыми и материальными, он не получит…
ЧАСТЬ II
ГЛАВА 11Спецназовцы отказались ехать в «уазике», потому что все туда не поместились. А они почему-то пожелали ехать только вместе. И, по требованию подполковника Разина, им выделили отдельно кузов одного из грузовиков, пересадив в «уазик» нескольких солдат-контрактников, чему те, естественно, обрадовались по случаю традиционного морозного сквозняка, от которого не спасает брезентовый тент. Правда, хотел было пристроиться к спецназу и старлей-внутривойсковик из прибывшей охраны для пленных. Но Паутов посмотрел на него чеченским волком.
– Вам что, товарищ старший лейтенант, хочется оставить пленных без присмотра? Создаете ситуацию для побега? Или как прикажете рассматривать ваше отношение к службе?
– Никак нет. Там у меня солдаты опытные, справятся, товарищ майор, – старлей знает звание Паутова, знает его в лицо, хотя на майоре сейчас милицейский мундир, на котором и погон-то не различить.
А желание забраться в кузов вызвано тем, что все офицеры внутривойсковой части постоянно и в любой обстановке тянутся к спецназовцам поближе, словно при этой территориальной близости могут сами с ними стать бойцами, как это называется, «на равных».
– Будьте любезны, выполнять свои прямые обязанности, – наставительно произнес Паутов. – У нас идет обязательный «разбор полетов». Это не для чужих ушей…
Последняя фраза прозвучала слегка примирительно, во избежание лишних разговоров.
Старлей не рискнул спорить и сразу полез во второй грузовик, даже не попытавшись на сей раз занять место в «уазике». Осуждение майора подействовало на него верно. Более того, старлей тут же проявил дополнительную расторопность и приказал пересадить в «уазик» освобожденных заложников, а солдат загнал обратно в кузов.
Пока шла неразбериха с посадкой, Разин постучал по кабине водителя и дал сигнал лейтенанту с БТР. Пора ехать. Остальные догонят. Первым покинул площадку перед блокпостом БТР, за ним грузовик со спецназовцами. Остальные машины в сопровождении второго БТР еще готовились к выезду.
– Рассказывай, Коля, – громко сказал Разин, когда старенький «ЗИЛ-131» набрал скорость и их начало подбрасывать в кузове, как дрова. Согласно комендантскому приказу, в темное время суток весь военный транспорт на территории Чечни обязан передвигаться со скоростью не менее семидесяти километров в час. В целях затруднения для прицельного выстрела из гранатомета. С такой крейсерской скоростью грузовик стал грохотать и дребезжать, мешая нормально разговаривать и грозя развалиться на ходу.
Сосненко вместе со своим грязным рюкзаком перелез сразу через два сиденья и сдвинулся в середину образовавшегося неправильного круга. Говорить пришлось громко, что при его обычно не командирском голосе выглядит не совсем естественным.
– Бухгалтер из меня никудышный. Рассмотреть все