Риск – это наша работа стр. 234
право просто приказать бойцам и они приказ выполнили бы. Вместо этого он спешно созвал совет из офицеров, оставшихся не занятыми. Прапорщик Старков тут же отправился возиться со своей БМП, чтобы не подвела в ответственную минуту. Разин сразу почувствовал, что этот прапорщик служит в частях ГРУ. Другой бы норовил остаться вместе со спецназовцами, и если уж не советы давать, то хотя бы удовлетворить свое любопытство. Этот все понимает. Службу знает.
– Разговор такой. Я не хочу приказывать вам оставаться в засаде по меньшей мере на трое суток. Трое суток на морозе без возможности развести костер – это предел человеческих сил, и мне не хочется испытывать ваш предел. Но синоптики обещают завтра после обеда обильный снегопад. Это значит, что, меняя засаду, мы сразу выдаем себя. Поэтому я только ставлю вас в известность о положении вещей. Если есть добровольцы, они пойдут. И будут ждать. Если добровольцев нет, мы снимаем засаду и считаем задание невыполнимым.
– О чем разговор, командир… – за всех ответил Ростовцев. – Если надо, будем делать. Кроме нас, этого никто не сделает. А что касается возможности погреться, я предлагаю взять с собой побольше угля и топить ночью внутри пещеры слабый костерок. Чтобы и дым было не видно, и свет наружу не пробивался. Хотя бы руки греть и ноги сушить. В той же комнатушке, где были деньги. Так будет нормально.
– Дело… Уголь долго горит и света дает мало. Три дня без тепла – тяжко…
– Перезимуем… – кротко вздохнув, согласился Стогов.
– Возражения есть? – поинтересовался Разин.
– Нет, но надо провести предварительную моральную подготовку населения, – заявил Парамоша. – Дело в том, что меня сегодня повариха в столовой спросила, где у нас еще три человека. Я послал их в Грозный… Не знаю, насколько она удовлетворилась ответом. Должна возникнуть легенда. Красивая, чтобы в нее поверили.
– С красивой легендой проблем не будет, – подполковник поправил на руках перчатки. – Красивее ничего придумать невозможно. И реальнее. Завтра утром в Грозном меня похитят, чтобы, во-первых, с моей помощью найти пещеру, во-вторых, чтобы обменять впоследствии на Батухана Дзагоева.
Разин осмотрел бойцов. Должно быть, эту тему уже обсудили и признали действенной, потому и вопросов не возникло. Спецназ по способу мышления отличается от оперативного состава ФСБ. То, что в ФСБ считают чрезмерно рисковым, в спецназе обычно.
– И мы отправляемся в Грозный на поиски своего командира… – вывел резюме Парамоша.
– Это, кстати, мысль правильная, – подсказал Разин. – И мы чуть не допустили ошибку. Я думал сначала, что следует всех свободных отправить сегодня в пещеру. Но Парамоша, как всегда, мыслит категориями изворотливого проныры, каковым
является Шерхан Дзагоев. Если меня не будут искать мои офицеры, то станет ясно, что они, во-первых, знают, где я нахожусь, во-вторых, и самое главное, где-то заняты. Где они могут быть заняты? В засаде. Где они могут устроить засаду? В пещере. В-третьих, такой поиск может существенно подогнать операцию, придать ей необходимый темп. Значит, бойцы моей тройки – Парамонов и Стогов – остаются в тепле и уюте и будут активно изображать поиск… Будут мотаться по Грозному на БМП и пугать мирных жителей угрожающими физиономиями. Парамоша особенно любит пугать женщин. Мысль ясна?
– Ясна, товарищ подполковник, – Стогов откровенно обрадовался такому повороту событий. Тепло он