Риск – это наша работа стр. 278
Керима. А рука, Кериму невидимая, уже ныряет под полу распахнутой куртки кашляющего Шерхана Алиевича, большой палец привычным движением отстегивает клапан кобуры, и пистолет в руках у подполковника. Глаза министра от испуга лезут на лоб. Но он не может остановить кашель. Керим бьет министра ладонью по спине – с состраданием бьет, с желанием помочь. Но тот падает на колени. И тут же его бьет Разин – ногой в лицо! – спасая от случайных выстрелов, потому что стоящий на линии огня двух противоборствующих сторон никогда не выживает.
Разин бьет ногой и одновременно поднимает пистолет. «Глок» не имеет предохранителя как такового. У него
спусковой механизм устроен особым образом. Ни разу не стреляя из такого пистолета, подполковник все же знает теоретически, что следует додавливать спусковой крючок в глубину до середины. Для автоматического огня следует палец опустить ниже, и в самом крючке срабатывает новый механизм.
Керим уже увидел наставленный на него ствол. Но больше никто не видит этого. Остальные смотрят на Шерхана Алиевича, который с дикими бабьими воплями катится на животе по склону – лицом вниз. Керим растерян, а подполковник времени не теряет. Свободной рукой он отстегивает кобуру своего «стечкина» с пояса бандита. Одновременно с тем, как кобура оказывается в руках Разина, он замечает, как пытается найти его лицо кулак противника, приседает, и стреляет.
Оставшиеся два шага Разин даже не проскочил и не пробежал – он их величественно, почти спокойно прошел, успел выстрелить еще дважды над плечом падающего сторожа, но не прицельно, а просто мешая другим прицелиться в себя.
И все… Поворот, за поворотом большой камень-валун. Идеальное укрытие.
И тут же, отдаваясь эхом в скалах, заговорили со злой огненной яростью автоматы. Но эта музыка длилась недолго. Бандитам негде оказалось спрятаться. А на тропу сверху спрыгнул капитан Ростовцев:
– Порядок, командир?
– Порядок.
Капитан протянул Разину комплект «подснежника». Три секунды – наушник в ухе, микрофон возле уголка рта. Слышны возбужденные голоса.
– Я Волга. Спартак, как слышите меня?
Посторонние голоса притихли, чтобы не мешать командиру.
– Я Спартак. Волга, слышу нормально. Да здравствует свобода и женщины.
– Министр без санок с горы поехал. Поймай его.
– Я на верхнем профиле.
– Радуга?
– Он со мной.
Разин попытался всмотреться в темноту. Но белый костюм министра растворился в ночном сумраке.
– А ведь он ушел…
– Ушел, – сказал, протягивая руку для рукопожатия, майор Паутов. – Со страху так ломанулся, что собаки не догонят. Я в бинокль наблюдал, пока видно было.
– Будем преследовать?
– Все равно он в Асамги пойдет. А там «зачистка»… А пропадет в горах – туда ему и дорога.
– Пусть так, – согласился подполковник.
ГЛАВА 11Спецназовцы отказались ехать в «уазике», потому что все туда не поместились. А они почему-то пожелали ехать только вместе. И, по требованию подполковника Разина, им выделили отдельно кузов одного из грузовиков, пересадив в «уазик» нескольких солдат-контрактников, чему те, естественно, обрадовались по случаю традиционного морозного сквозняка, от которого не спасает брезентовый тент. Правда, хотел было пристроиться к спецназу и старлей-внутривойсковик из прибывшей охраны для пленных. Но Паутов посмотрел на него чеченским волком.
– Вам что, товарищ старший лейтенант, хочется оставить пленных без присмотра? Создаете ситуацию для побега? Или как прикажете рассматривать ваше отношение к службе?
– Никак