Риск – это наша работа стр. 298
этой стороны только чужими руками, а сам – открыто – действует только со стороны Москвы.
– И что же делать?
– Не отчаиваться. Надо искать возможность. Люди все живые… И все одинаково нуждаются в деньгах, и все одинаково хотят жить… Ты подумай. И я подумаю…
– Относительно денег ты ничего не слышал?
– Нет. Пока разговора не было. Там большая сумма?
– Больше пяти миллионов долларов.
Прокурор даже традиционно раскашлялся в трубку. Дыхание от услышанного перехватило.
– Если бы захватили такую большую сумму, разговор был бы обязательно. Мелочь обычно спецназовцы оставляют себе для «черной кассы». Помощь вдовам погибших… Но Бату был не глуп… Он должен был, я думаю, держать деньги в каком-то тайнике…
– Узнай мне все про командира спецназа. Мне это очень нужно. Его зовут подполковник Разин, но не Степан…
– Хорошо. Я узнаю. Трясти его надо, но будь с ним осторожен. Волкодав опытен и зол… Заезжай ко мне через часик. Думаю, что-нибудь к тому времени накопаю…
* * *Прокурор звонил Шерхану с общего телефона. И ни один из абонентов не знал, что дежурный по прокуратуре поднял трубку параллельного аппарата и слушает их разговор. Дежурный принадлежал к тейпу вчера арестованного заместителя министра строительства, но его сейчас интересовала не судьба родственника, который помог ему совсем недавно построить хороший дом, а разговор о деньгах. Первые подозрения появились утром, во время очного визита Шерхана в прокуратуру. Что-то очень уж интересовало министра, весь вид его это показывал, но не хватило умения выспросить хитро и решительности для того, чтобы быть конкретным. Но что интересовало? И вот теперь стало ясно, что совсем не судьба брата… Вернее, в первую очередь не судьба брата… И очень хорошо, что в деле замешан сам президент. В республике найдется много недовольных президентом и еще больше интересующихся чужими большими деньгами…
1Страхов приехал вместе с майором Веллером, своим начальником, через пятнадцать минут. Их, должно быть, уже ждали, потому что ворота распахнулись сразу, и «Нива» районного отдела ФСБ подъехала прямо к дверям помещения, занимаемого спецназовцами.
Майор, коренастый светловолосый человек хронически спокойного вида, остановился за порогом и осмотрелся. Должно быть, прохлада уличного воздуха уже надоела ему, и он рассчитывал здесь погреться, однако электроплитка согреть штабную комнату не могла, что, впрочем, если и смутило майора, то не дало ему повода показать это.
– С успешной охотой, господа волкодавы… – поздравил Веллер группу, собравшуюся в штабной комнате, и пожал протянутую руку Разина. – Я уже разговаривал с Кеслером. Он даже ни разу на ваши действия не пожаловался. Просто удивительно для европейских слюнтяев. Чем вы так покорили его?
– Должно быть, наш старший лейтенант слишком понравился медсестрам. И это решило вопрос, – с раскатистым хохотком в голосе ответил за подполковника майор Паутов, подтолкнув в спину Парамошу как виновника торжества.
Веллер ничего не понял, но он или не интересовался ответом, или в силу природной невозмутимости старался, как всегда, показать, что не интересуется.
– Я распорядился выделить утром автобус для перевозки освобожденных заложников в республиканское управление. Там с ними побеседуют. Но до этого их осмотрят австрийские врачи. Кеслер согласен. А пленников отправим грузовиком в окружную прокуратуру вместе с телами убитых.
– Хорошо, если так… – пожал тяжелыми плечами Разин. – Но мне на дороге