Риск – это наша работа стр. 407
неумело менты маскируются. Трое пошло справа, трое слева. Потом один из нижней тройки, после короткого совещания и – за неимением связи – обмена жестами со второй тройкой, отправился вперед коротким путем, оставляя на снегу отчетливые следы. Детский сад, а не боевая единица скрытого действия! По логике, за такое следует сурово наказывать – пулей в голову. Но его Парамоша «отпустил», чтобы поторопил своих. Двух других ведет под постоянным прицелом.
Лейтенант Стогов в бинокль наблюдает за подполковником и посмеивается в микрофон.
– Что хихикаешь?
– Сам полюбуйся. Пастух Волга табун лошадей гонял… Боевички все в мыле… А твой соперник в женском вопросе… Министр-то… Как только без носилок передвигается…
– Внимательней смотри… До министра я доберусь позже…
Стогов продолжил наблюдение. Не даст ли Разин какой-то знак. Подполковник скоро знак дал. Не стал садиться на привале. Это откровенная команда к активному действию, которую все в группе спецназа читать умеют, но для посторонних непонятная: пора приступать к вольной охоте…
– Действуй. Болельщики подполковнику мешаются… Что-то он придумал…
Парамоша удовлетворенно хмыкает, поднимает ствол, с десяток секунд смотрит в прицел, не отрываясь, и два выстрела следуют один за другим с интервалом в две секунды. Стогов интересуется результатом в бинокль. Смотрит долго – не шевельнется ли кто?
– Протокол подписан. Теперь выше…
С нижнего профиля стрелять по верхней тройке несподручно. Охранение появляется в секторе прострела только эпизодически, и трудно подобрать подходящий момент. Надо пристроиться так, чтобы стрелять сзади. Не теряя времени, оба пересекают след, оставленный отрядом боевиков, и поднимаются на верхний уровень, где находят второй след – трех наблюдателей. Сами наблюдатели показались уже через три минуты темпового преследования. Им трудно прятаться – Разин для своего отряда задал высокую скорость передвижения.
Теперь уже Парамоша выжидает дольше. Ему нужно поймать момент для выстрелов, чтобы не спугнуть остальных. Но когда момент подошел, выстрелы следуют один за другим с интервалом в пять секунд. Снайпер снимает наблюдателей на бегу, начиная с заднего, чтобы передним не было это видно. Передний все же успел оглянуться, сообразил, испугался и хотел отпрыгнуть за камень. Но уже поздно. Пуля догнала его в прыжке.
– Обходим Волгу поверху? – интересуется Стогов.
– Трудно. Он слишком быстро бежит. Если гнать, нас тоже заметят. Давай – вниз. Идем тем же курсом.
Внизу прятаться легче. Кусты… Ельник… Камни…
Парамоша за работой шуток не любит. Болтун в обыденной жизни, во время марша бережет дыхание и сосредоточен. Внимательности не теряет. Где оказались два звена наблюдателей, там может оказаться и третье звено. Настороже следует быть всегда.
– Как думаешь, дадут они Волге до пещеры дойти?
Парамоша молча и отрицательно мотает головой.
– Почему так решил?
– Не было бы смысла так далеко дозоры оставлять. Они где-то рядом. Засаду готовят.
– Где бы ты поставил?
– Впереди ручей. На берегу хороший привал. Мы там в прошлый раз отдыхали. Засада – выше по склону. Там кустов много и ельник. Во время отдыха самое удовольствие атаковать.
В наушниках наконец-то что-то щелкает. Появляется фоновый шум.
– Я Кречет. Кого вы атаковать хотите?
– Слава богу… Назрел некто-то в эфире… Я Спартак, вызываю Кречета, как слышите?
– Я Кречет. Плохо, но слышу. Словно ты в каком-то барабане храпишь… Как меня слышишь?
– Словно храп за спиной… – Парамоша