Ритуал. Часть 1 стр. 29
Дома, Хатч мучился вопросом, почему не может прогнать от себя эти неестественно яркие образы из сна. Раньше он никогда не страдал лунатизмом.
Он все еще мог представить себе весь сон до мелочей, словно это был фильм, увиденный им накануне вечером в кинотеатре. Его разум пытался нащупать в тусклых и грязных воспоминаниях какой-то знак. Какой-то смысл, объясняющий, почему он вылез из спального мешка и поднялся по лестнице на чердак, где его нашли стоящим на коленях перед отвратительным гнилым чучелом.
Рядом с ним, в темноте нижнего этажа дома, стояли две фигуры. Вот с чего начался сон. Старые лица с грязными зубами приказали ему подняться наверх. Сказали, что кое-то его ждет. Не заставляй его ждать, — сказали они. Твоя одежда в костре.
И он стал подниматься. Все выше и выше по черной деревянной лестнице. Он отчаянно не хотел идти наверх, но чья-то воля не давала ему развернуться и спуститься вниз. Он вспомнил, что при попытке прекратить восхождение, он онемел и потерял способность дышать. Поэтому он пошел наверх. И оказывается, в то же время он действительно поднимался по лестнице.
— Не так быстро, Хатч! — попросил идущий рядом Дом.
— Ммм? Извини, — Хатч сбавил шаг.
Подошвы его босых ног были черными от грязных старых ступеней. Вытянув руки, он пытался удержать равновесие на скользком дереве. Он был совершенно голый. Его тощее бледное тело бил озноб. Он ощущал себя маленьким мальчиком, ковыляющим в ванну. Да, во сне он был меньше и моложе, и отчаянно нуждался в покровительстве и защите.
В доме не было окон, только слабый красноватый свет исходил оттуда сверху. Свернув с лестницы, он проковылял на чердак, и открыл рот, чтобы позвать на помощь. Но не смог издать ни звука. В легких не было воздуха, словно он запыхался от бега.
Он стоял в этом красном месте, не поднимая головы и не отрывая глаз от своих грязных ног. Щекочущая струя теплой мочи стекала по его бедрам и икрам.
Он старался не смотреть вверх, потому что с ним на чердаке было еще нечто. Оно сопело от возбуждения, чувствуя исходящий от него запах мочи и страха.
Кости. На полу лежали кости. Они только усугубляли ситуацию. Особенно те, что с приставшими к ним серыми кусочками. А некоторые из маленьких скелетов настолько почернели, что не было понятно, чьи они. Он шел по грязным доскам, стараясь не наступать на кости, но некоторые все же хрустели под его грязными ногами. По мере его приближения к источнику сопения кости становились крупнее.
А потом он почувствовал его запах. От смрада навоза, бычьего пота и серы заслезились глаза. Козлиное дыхание, исходящее откуда-то сверху, вызвало у него приступ кашля. Этот привкус все еще стоял у него во рту, когда его разбудил Люк.
Когда он почувствовал его запах, где-то прямо перед ним раздался стук. Словно стучали деревом о дерево. И он не мог удержаться, чтобы не взглянуть на источник этого глухого стука.
Черные копыта. Они снова возникли в его памяти. Большие и острые, с желтоватой костью на конце. Широкие, как у лошади, они щелкали по деревянному ящику, в котором сидело оно. Оно стучало ими от возбуждения. Черный край деревянного ящика весь