Ритуал. Часть 1 стр. 77
ним в единое целое.
Оно схватило их. Оно не видит меня снизу. Не двигайся, не двигайся, Еще светло, ты сможешь убежать. Жди. Жди здесь. Жди.Потом, дергая головой, он попытался разглядеть сквозь зеленые ветки своих товарищей.
Повернувшись всем корпусом влево, он заглянул сквозь паутину зелени и черных сучьев туда, откуда доносились причитания.
Там была палатка. Где же Дом?
Дом стоял в нескольких футах от серо-зеленой палатки и, наклонившись, глядел со склона вниз. Только теперь он молчал.
Вглядываясь сквозь скрывающую его зелень и нащупывая дрожащими ногами уже знакомые ветви, Люк начал спускаться вниз.
Чтобы не сорваться, он старался больше смотреть себе под ноги, а не на землю.
— Дом! — позвал он. — Дом! — Ответа не было, но он продолжал спускаться, с ветки на ветку. Его голос казался каким-то слабым и нелепым. С трудом находя ногами очередную опору и прижимаясь к стволу всем телом, он спускался как напуганный слепец, пытающийся слезть с высокой лестницы. Дрожащий от страха и возбужденный адреналином. Все ниже и ниже, ветка за веткой, пока не повис на руках и не свалился на каменистую почву.
Ноги пронзили иглы боли. Он потерял равновесие и упал головой вперед, ударившись лицом о шишковатый корень дерева, торчащий из каменистой почвы. Внезапная боль отрезвила его и разозлила. Он встал на колени. Поднялся на трясущихся ногах, ослабших от напряжения.
Его взгляд метался по сторонам, в поисках того, что он не хотел видеть. Длинное существо, которое он себе представлял. Черное, идущее размашистым шагом. С яркой красной влажной пастью.
Но он увидел лишь неподвижную палатку и Дома, вернувшегося к ней, но все еще оглядывающегося через плечо. А на вершине вокруг палатки была лишь каменистая почва, серо-черные валуны, темный мох, бледно-желтый лишайник, да несколько маленьких деревьев, тянущихся к небу. Фила на холме не было. Небольшая кучка уже собранных дров валялась у ног Дома, как будто тот только что бросил их.
Люка вдруг оглушило собственное дыхание. Пот, смешиваясь с каплями дождя, затекал в глаза. Взгляд смазался, глаза метались по сторонам, пытаясь увидеть худшее. Ему хотелось кричать и бежать куда угодно. Паника захлестнула его. Он закричал что-то, чтобы прочистить мозги, а потом заставил себя замереть и успокоиться.
Зрение прояснилось. Угол обзора расширился. Он быстро пришел в себя. И тут на него налетел Дом.
Люк увидел, что Дома всего трясет, а глаза у него как у сумасшедшего. Из раскрытого красного рта доносится нечленораздельное поскуливание вперемешку с судорожными вздохами. Дом вцепился в него, как утопающий. Схватил Люка за куртку, потом поскользнулся и повалился на бок, увлекая Люка за собой. Так они лежали и барахтались на твердой земле, не в силах расцепиться, потому что побелевшие руки Дома мертвой хваткой сжимали его куртку. Люк почувствовал, как затрещала у него подмышками ткань.
— Дом, — пробормотал он. — Дом, отпусти. — Но Дом повис на нем, будто Люк был спасательным плотом в черной воде. Не желая тонуть в одиночку, тот вцепился в единственную доступную безопасную и надежную вещь.
— Отпусти! — заорал Люк прямо в лицо Дому. Но Дом только захныкал и сказал, — Они исчез. Его забрали… забрали…
Люк схватил грязную голову Дома обеими руками и, сжав ее, закричал, — Отвали! Отвали от меня! —