Роковая ночь стр. 2
этого года он ходит и на тренировки по боевым искусствам.
Это называется безраздельная материнская любовь! Элис безоговорочно верила в теорию «в здоровом теле здоровый дух». И хотя, по мнению Мии, она несколько перебарщивала, Мэтт с энтузиазмом воспринимал каждую ее новую инициативу.
— Не могу дождаться, когда увижу его, — сказала Миа. — К счастью, проблема «отцов и детей» не коснулась их — Миа с удовольствием разделяла любовь Мэтта к спорту, боевикам и книгам. Они были приятелями, и она очень надеялась, что их дружба сохранится навсегда.
— У него свои планы, — предупредила Элис.
— Из которых, конечно же, исключены дельтапланеризм, прыжки с «тарзанки» и прочие экстремальные развлечения, — с насмешливой улыбкой заметила Миа.
Элис издала звук, похожий одновременно на стон и на вздох.
— Не вздумай заговаривать об этом, даже в шутку, — предупредила она сестру.
На мосту через гавань образовался автомобильный затор, и пробка рассосалась, только когда они уже ехали по северному пригороду с многочисленными бухточками, в которых были пришвартованы самые разнообразные суда и суденышки.
Бирюзовая вода, прекрасная архитектура… Это были места, где Миа родилась и выросла, любила и была любима, испытала счастье и разочарование и превратилась в умную, целеустремленную личность, идущую по жизни собственным путем.
Дом Элис был расположен на широкой, обсаженной деревьями улице. Добротное кирпичное строение,
которые сестра декорировала с присущим ей вкусом. В доме была всего одна комната для гостей, которую Миа всегда занимала, приезжая на каникулы, и она отнесла туда свою сумку, быстро освежилась и спустилась к сестре в кухню.
— Кофе, чай или что-нибудь холодненькое?
— Чай было бы здорово.
Вскоре над двумя чашками уже поднимался ароматный пар, а на большом блюде горкой лежало домашнее печенье.
— У нас есть час до того, как мне нужно будет забрать Мэтта из школы. Так что… выкладывай.
Миа могла бы увести разговор в другую сторону, дождаться… чего? Вечера, когда Мэтт уснет? Завтрашнего дня? Для ее новости вряд ли может быть подходящее время.
— Я беременна. — Никакой подготовки, коротко и ясно. Она понимала, что сестра будет потрясена, поскольку знала отношение Мии к внебрачному сексу.
Они не раз обсуждали ее непоколебимую точку зрения, все «за» и «против», горячо спорили о том, стоит ли современной женщине так истово блюсти свою невинность и как иначе определить, подходит тебе мужчина или нет. «А вдруг секс с ним окажется… не таким, как ты ожидала? Как ты сможешь понять это, если тебе не с чем будет сравнить?» — поддразнивала ее Элис.
Мало того, что она сама ежедневно, ежечасно с той самой роковой ночи предавалась самобичеванию, так еще и Элис начнет сейчас…
— Я беременна… и все? Так просто? — ошеломленно спросила Элис.
Миа закрыла глаза, затем снова открыла.
— Что ж еще? — с печальной иронией спросила она.
— Подробности. Чтобы я могла решить, как мне реагировать — поздравить, посочувствовать, утешить или порадоваться вместе с тобой.
Желудок Мии спазматически сжался.
— Посочувствовать. — Впрочем, она и сама толком не знала, что ей делать — плакать или смеяться.
— Тебя же не… — вдруг забеспокоилась Элис. — Это же не было из…
— Нет, — поспешно заверила ее Миа. — Ничего подобного.
Элис наклонилась вперед и накрыла руку Миа своей.
— Тогда что? И как?
Тревога в глазах сестры вызвала у Мии