Роковая женщина стр. 402
меня наедине с моими страхами.
Сон был немыслим. Перед глазами стояла Моник, читавшая письмо, которое предназначалось мне.
Ночь прошла в переживаниях. Рано или поздно должно было прорваться огромное напряжение. Больше так продолжаться не могло. Только это меня утешало. Я должна уехать, скрыться от всех них. Вероятно, даже от Шантели, которая была теперь связана неразрывными узами с Кредитонами. Еще несколько недель, и я окажусь в Сиднее, а там должна буду найти в себе мужество порвать с прошлым и сызнова начать жизнь.
Когда до меня доносились взвизги Моник, я зажимала уши. Позже услышала в саду шаги и, выглянув в щели ставен, заметила Редверса. Я решила, что его отозвали на корабль, а недовольная Моник закатила скандал. Предъявила ли она ему письмо? Как задумала с ним поступить?
Я разделась, легла в постель, но, естественно, сон не шел: как когда-то в Доме Королевы, я лежала, вслушиваясь в звуки дома.
Вдруг тихо открылась дверь, и в проеме возникла чья-то фигура. Мигом подскочив, я чуть не вскрикнула от облегчения, разглядев в ней Шантель.
Странный у нее был вид: волосы распущены, сверху наброшен шелковый халат любимого ее зеленого тона, глаза расширены.
— Шантель, — вскричала я, — что-то не так?
— Прочти вот это, — сказала она, — и, как прочтешь, сразу приходи ко мне.
— Что это?
— Прочтешь — узнаешь.
И, бросив несколько листов на кровать, выскользнула из комнаты, прежде чем я успела их подобрать.
Вскочив с постели, я зажгла свечу, собрала бумаги и принялась читать.
«Моя дорогая Анна!
Как многого ты не знаешь, как много я должна успеть тебе рассказать. А у меня совсем мало времени, так что буду кратка. Помнишь, я обмолвилась, что у правды много граней, что я сказала тебе правду, но не всю? Анна, ты меня ни чуточки не знаешь. Знаешь только одну маленькую Грань и очень полюбила то, что узнала, — это мне, конечно, лестно. Ты читала мой дневник. Как я уже говорила, в нем правда, но не вся. Как бы я хотела переписать в нем некоторые места, но на это ушло бы много времени. Ты уже знаешь, я скрыла от тебя, что Рекс страстно влюбился в меня. Ты знала, что он увлекся мной, но думала, что с его стороны это был всего лишь легкий флирт. Ты жалела меня, переживала за меня. Как я любила тебя за это, Анна. Едва я оказалась в Замке, мне сразу захотелось стать его хозяйкой. Я видела себя будущей леди Кредитон — меньшее меня бы не устроило. Анна, у меня ненасытное тщеславие. Почти
в каждой из нас под внешней оболочкой запрятана другая, тайная, женщина, которая не показывается ни друзьям, ни знакомым, — даже от мужа скрыта. Впрочем, Рекс должен бы уже меня узнать, — и это не повлияло на его чувство. Помнишь, меня заинтересовала Валерия Стреттон — тот случай, когда она вернулась в грязных ботиках? В ее бюро лежало письмо. Я упомянула в дневнике, что мисс Беддоус застала меня с ним в руке. Но это не вся правда. Я прочла то письмо — и другие письма — и выяснила, что Валерию Стреттон шантажировали. Когда мы с Рексом поженились и его отправили в Австралию, я решила его сопровождать.