Роковой срок стр. 35
кровом, ожидая, когда их высватают и замуж отдадут, ибо тучные телом, они и на коня-то вскочить не могли, не то что показать боевое ремесло.
Да ничего в Сарском государстве не было тайным, что скоро бы не стало явным. Кто из племенных князей сам догадался, кто прослышал или нюхом вынюхал, зорким оком высмотрел, по какой надобности подручные Урагана по землям рыщут, и давай своих дочерей голодом морить, неги лишать, всяческими зельями поить и наставлять, чтоб статью и нравом в жены государю сгодились. И некоторых дев до смерти уморили, иные и впрямь избавились от грузности тела, иные вовсе потощали так, что верхом на коне сподобились ездить. Да только нрав уж нельзя было исправить ни голодом, ни зельем, ни скороспешным учением, и выпирал он сквозь напускную воинственность, словно кости худой кобылицы.
Долго ездили подручные по зимним городам и весям, и трое из них вернулись ни с чем да повинились перед Ураганом:
– Не нашли мы тебе достойной невесты, государь. Никто не блюдет законов Тарги ни на востоке, ни в полуденной и полунощной сторонах. Одно притворство повсюду. Клянутся, что по совести живут, а приглядишься, все как в наших землях.
– А были вы у аратаев? – спросил государь.
Вольное родственное это племя жило с сохи, возделывая нивы, было немногословно и всегда отличалось честью, достоинством и презирало алчность. В былые времена, когда сарские земли охватывались скотьим мором, гибли табуны и стада, то аратаи сами привозили зерно и давали его безвозмездно, дабы спасти людей от голода.
– Аратаи ныне торгуют за жир с варяжинами, – объяснили послы. – Им и невест отдают за выкуп. Безвольные у них девы, а оружия в руки и вовсе не берут, полагаясь только на своих мужей.
– Что же у святичей? – дивился Ураган. – Неужто и они женятся и выходят замуж без любви и согласия?
Святические сары жили на Москве-реке, питаясь с лова, были воинственны и храбры, одолевая медведей с одним лишь засапожником, и всегда придерживались законов совести.
– И святичи искусились желтым жиром, – отвечали подручные. – Хоть и не получают выкупа за невест, но девы у них стали вздорны, никаким наукам обучаться не желают. Хотят лишь петь, танцевать и веселиться, прежде испив довольно медовой суры. Были мы у них на празднике – стыд и срам! Пары без огласа дев в кусты волочат, совокупляются и дают им жир.
– А были вы у смирнов?
– Там чистоту, сдержанность и целомудрие блюдут, но стали смирны еще слабее нас. Даже малой дружины не держат, а чтоб не воевать с соседними инородцами, уж лет сто как дев своих им замуж отдают, а себе ихних берут. Так от этого стали черными и раскосыми, как сакалы.
– Неужели, пройдя столько земель, вы не встретили ни одной доброй девы?
– Бывало, и встречали, – признались холопы. – Иные вовсе были похожи на Обаву, так хороши. Так только оказывались они рабынями презренными либо дочерями подлых изгоев.
Четвертый подручный, Свир, уехал в сторону, где западает солнце, и долго не возвращался. Уж приближалась весна и пора кочевья, а его все не было, и это наполняло Урагана смутными надеждами, ибо ходила молва, будто где-то там, за горами, живет