Роско планета Анджела стр. 25
его, хотя он пригодился бы мне и здесь. Я послал его, как только смог.
— Он старался. До Хижины путь неблизкий.
— Что заставляет тебя жить так далеко? Далеко и одиноко? Отчего ты чураешься людей?
— Это долго объяснять, Большой К.
— Одному выжить труднее.
— Мне это известно.
— Давно взял бы себе одну-другую жену. Я знаю места вокруг твоей Хижины, там много дичи, прокормились бы. Заставь — бабы охотятся не хуже. Хочешь, сосватаю пару охотниц?
Собеседник Карта Анджела тихо рассмеялся.
— Ни к чему. Я здесь всего день, и то от гомона устал, а ты предлагаешь все это перенести в мою маленькую Хижину. Одна-то женщина — уже толпа.
А две — война. Они раздерут мне все книги.
— Да уж. — Карт Анджел поскреб черные непокорные кудри с густой сединой. — Мои вот — тоже. Спасибо, Сиэна — баба благоразумная. И все-таки мы очень ждали тебя, Ник, — повторил он.
— И я спешил, мне ведь и самому хотелось бы взглянуть на вашего таинственного пришельца. Не моя вина, что он… убыл раньше. Ты слишком поздно послал за мной.
— Да, наверное.
Сидящий по ту сторону стола был невероятно высок и невероятно худ. Накидка из облезлой шкуры чапы болталась на нем, острые плечи натягивали стершуюся кожу. В нескольких местах накидка была залатана первыми попавшимися кусками. Под накидкой виднелась кожаная рубашка, еще более ветхая.
Но, несмотря на почти голый желтый череп с редкими косицами за ушами, этот человек не производил впечатление старца. Виной тому, должно быть, был ясный взгляд темных, глубоко посаженных глаз. Взгляд юноши, готового в следующий миг разразиться смехом, но в глубине угадывалась острота искушенного ума. И морщины на дубленной ветром и холодом коже были не старческие, а, скорее, приобретенные в трудной борьбе с жизнью.
Вместе с тем Большой Карт Анджел прекрасно знал возраст своего гостя. Карт еще баловался с игрушечными самострелами, а к Нику Чагару тогдашний Управник посылал помощников за добрым советом. Посылал, и сам сходить не гнушался.
Ник Чагар был отшельником и мудрецом.
— Сколько в твоей Хижине книг, Чагар?
— Ты же видел.
— Но я никогда не считал. Сколько?
— Все четыре стены. — Ник засмеялся. — Дело не в числе, Большой К.
— И ты прочел их все?
— Даже не один раз. Вернемся к вопросу. Ты говоришь, что он интересовался буквально всем, обо всем спрашивал, но ни во что не лез, только смотрел и слушал? Ты отвечал ему?
— Да. Он не показался мне врагом. Меринда, Скайла, кто поплоше, те же Шесть Хуторов, что на западных отрогах Горы, — они не стали бы засылать такого странного лазутчика. Скорее, подкупили бы кого-то из Города. В Охотничьей есть недовольные, они, я знаю, якшаются там…
— Он был странный. Чем?
— Ну… Говорил вроде по-нашему, а сразу не понять. Правда, потом выучился. Глядел…
— Быстро выучился?
— Что? Да, быстро. Даже очень. День-другой лопотал, а потом все прислушивался и — заговорил.
— Он жил у тебя в доме?
— Я решил, так будет лучше. Меньше разговоров.
Всем сказал, что это родственник из Дальних Сел.
У меня там есть родственники, это знают.
— И женам так сказал?
— Я же говорю: всем. Он, в общем, был безвредный. Поначалу вроде кривился, а потом ел все, что давали, ни во что