Роско планета Анджела стр. 612
в отрывке неизвестной то ли книги, то ли чего, прообраз будущих Переселений. «Ведь это же наша схема, Наставники! — кричал он; увлекшись, Гаарт мог только кричать, — Переселение в чистом виде! Совершенно все равно, тысяча Переселенцев будет или десять. Или один! Результат известен заранее, лишь бы только нам чуточку зацепиться там, внизу, у планетников! Коготок увяз — всей птичке пропасть!»
Поразительные он иногда употреблял обороты речи.
«Что же, — холодно отвечал ему Скин, — остается только еще раз вознести хвалу нашей Земле. Ее мудрости и любви, которую она питает к своим детям, посылая исполнять нелегкий долг самое минимальное необходимое число Переселенцев». — «Да нет же, Скин, как вы не понимаете! — кричал толстый и вечно потный Гаарт. — Так можно попытаться вычислить весь механизм, а из него — истинную цель всего того, что мы так трогательно именуем Земным путем. А из нее — цель и, может быть, самую сущность тех, кто нас на него послал!»
Наставник Скин посмотрел на Гаарта, не мигая, и именно в тот момент Мик понял, что оставаться на Земле Гаарту теперь недолго. И съежился, скукожился, сжался в один плотный, запертый со всех сторон комок… внешне, впрочем, отреагировав так, как полагалось — со сдержанным возмущением к столь откровенной ереси.
Да и все все поняли тогда. Кроме Гаарта. Давно это было. Давно.
Крупа за окном сделалась противным ливнем. Тоже небось ледяным. Что творится на теплой Земле? Лучше не думать.
Все, если вот это его не отвлечет, он просто возьмет и напьется. И пропади Земной путь пропадом. Наставник Мик, хотя и поддерживает видимость близкого товарищества, в глубине души терпеть не может хама, пьяницу и распутника Свата. Что Земле в таком Наставнике? Но сегодня он напьется, как тот напивается каждый день. Или даже хуже.
Ива 2Костер они разложили почти на ступенях веранды, и она смотрела на него сверху. Пламя казалось ей невероятным, феерическим… а то вдруг сжималось до размеров бронзового светляка, стоило ей чуть отодвинуться от перил. Она даже несколько раз проверила, и точно — вот она перевешивается вниз, и красно-синие языки тянутся к лицу: волосы береги, того и гляди вспыхнут! Отодвинулась на вытянутых руках — мерцает огонек где-то далеко-далеко. Смех, да и только.
— В Парк пришли, а там пусто. «Веселые рыжие» качаются, и — никого. Все Залы Грез прошли и — ни кого. Ветер такой… тревожный, «шары в горке» развалил, катаются везде, И никогошеньки.
— Как ты в Парк решилась, мы с Сиинтом…
— Девочки, у Крааса есть что-нибудь съестное в доме? Ява, знаешь?
— Я знаю… ой, не могу… Я знаю только, где вино.
— Аян с Аяной пропали. Уж им-то, казалось бы… А мы за ними зашли, а дом пустой. Вещи разбросаны, любимая виола Аяны с открытой клавиатурой, будто только что играла и забыла. Странно так. Старый Город за холмом гудит.
— Гудит? Сильно?
— Да нет. Так… Только странно все…
— Слава, куда Горнист подевался?
— Дураки! Дураки! Дураки! Я не могу больше, страшно же!
— Роом, успокой ее. А в самом доме кто-нибудь есть, я не посмотрел? Может быть, Краас?
— Краас как пошел на встречу с Наставником, так и не возвращался еще. Уж какой день.
— Дураки! Ничего не понимаете!
— Роом!