Роско планета Анджела стр. 667
бы хватило. На наш век. На мой…
В мрачном помещении со сгорбившимся, бормочущим Наставником раздался шелест. По угрюмым, потерявшим живой смолистый дух бревенчатым стенам разлилось призрачное сияние. Загудело, как от далекой лавины в горах. Этот дом стоял в горах Инка. Наставник поднял голову, прежде всего посмотрел в окно. Но там оставалось по-прежнему сыро и промозгло.
Нока стояла в углу и не делала попыток подойти. Ее окружал хоровод из множества светящихся шариков. Их размеры были от вишневой косточки до мяча.
— Убиваешься, папик? — спросила она, и гудение сразу усилилось.
— Нока? Ты? Где ты была? Почему не появлялась? Смотри, что на Земле…
— Я здесь. Я всегда буду здесь. А что на Земле?
— Ты была в «лабиринте»? Как там? Что — Те? Может быть, они смогут как-то повлиять? Изменить? Прекратить? — У Скина мелькнула сумасшедшая на дежда, что вот сейчас наконец вмешаются Те, включатся все приписываемые им суеверной молвой силы, силы, о которых даже он не догадывается, а они у Тех есть, и смогут повернуть… возвратить… Чтобы все стало, как было! И ничего ему больше не нужно…
— Какой ты нелепый, папик, — гудение и свет пульсировали в такт произносимым Нокой звукам. — Разве может стать все, как было? Так не бывает. В это верят только очень глупые люди.
— Что же — все? — выговорил Скин. Язык отказы вался повиноваться. Кроме того, он заметил…
— На Земле ничего страшного не происходит. Все идет, как надо. Будет Переселение. Продолжится Земной путь. Ты останешься Наставником…
Да, точно! Губы Ноки не шевелятся, но это не передача мыслей. Он слышит голос. И голос к нему несется…
Наставник резко повернулся на месте. За спиной его висел бело-голубой шар.
— Ха-ха-ха! — засмеялся шар Нокиным голосом. — Вот ты и обнаружил подделку. Наставник, который возомнил себя умнее Земли. Будто бы можешь использовать Тех, Кого Не Называют, как сама Земля. Ей самой это не очень-то доступно, чтоб ты знал.
— Ты… кто ты? Ты — Земля?
— Папик! — позвали со стороны Ноки, и Настав ник затравленно взглянул на нее. На призрак. — Папик, это же я, твоя Нока. Думай обо мне, пока еще можешь. А я буду здесь, буду рядом. Я всегда буду здесь, только позови… — И стала превращаться в ровное молочно-белое облако светящегося тумана. Оттуда донеслось: — Ты так ждал… Он здесь… И не один…
— Кто? — хрипло каркнул Наставник. Его не удастся свести с ума. Никому, будь они шестью шесть раз эрги! — Кто? Кого я ждал? Ответь!
— Ну, кого ты все время ждал, глупый ты какой… Роско, конечно.
— Где он? В «лабиринте»? Ну?!
— Этого ты от меня не узнаешь. Ищи его сам. Ищи, ищи, ищи…
Треск маленьких разрядов. Шелест исчезновения. Запах, как в грозу.
Шарики пропали тоже. Один, из самых мелких, перед тем как просочиться, холодно-щекотный, под мышкой, вышел точно на середине груди, оставив в итоге гадкое лохматое отверстие в два кулака, с занявшимися дымом краями.
Скин стоял, провожая его взглядом, как он удирает, потом поспешно захлопал себя по груди. Протянул руку, ухватил бутылку со столика при буфете и стал пить из горлышка, давясь, захлебываясь, проливая.
К ноге пристал обрывок страницы. Наставник зачем-то поднял его, расправил.
«…интересно также было бы узнать о